Глава 19

Ставки

Таня с моим противником ещё пару минут о чём-то поговорили, затем девушка улыбнулась ему, кивнула и пошла к зрительским местам.

Оппонент же направился ко мне. Причём выглядел он так, словно выиграл в лотерею пол империи.

— Так всё же ты не сбежал, Вяземский? — усмехнулся он. — Что, не только исподтишка бить умеешь?

Я посмотрел на него и спросил:

— Закончил петушиться? Быть может уже начнём?

Возиться с этим недалёким особо желания у меня нет, поэтому, чем быстрее закончу, тем быстрее отправлюсь дальше по делам.

— А ты куда так торопишься? На свои похороны? — засмеялся он.

— Нет, — я улыбнулся, — на свидание с Яной.

Его задело. Ой как задело. Он перестал смеяться и зло посмотрел на меня.

— Ты пожалеешь, что выбрался из своего захолустья, — прошипел он.

— А чего больше не смеёшься? — я усмехнулся.

— Лыбься, лыбься, — ощерился он. — Тебе недолго осталось радоваться. Я притащу побитого тебя на её порог, и ты увидишь, как она к тебе после этого отнесётся. Ничтожествам не место в мире высокородных!

— Сам по себе судишь? Неужели у тебя было подобное в практике? — вновь улыбнулся я.

Глядя на его реакцию, я едва сдержался, чтобы не засмеяться. Ну что за детский сад. Ну кто так воспитывает аристократов? Не удивлюсь, если он и в разломе то никогда не был.

Он взбешён и это именно то, что мне и нужно. Сам по себе он не особо силён для своего ранга. Средненький мастер, примерно пятого ранга. На вид ему за двадцать пять. К своим годам он спрогрессировал лишь до этого уровня. Слабак.

Гриша в свои шестнадцать уже взобрался на ранг мастера, хоть и низших рангов. Да и его развитие сильно затормозила вторая стихия. Не удивлюсь, если к двадцати пяти он спокойно поднимется до первого ранга мастера.

У него преимущество в энергии, и то не особо большое. После того, как я поглотил каплю своей энергии, мои энергоканалы сузились, но укрепились, благодаря этому частично нивелируется разница в энергии. Много техник использовать не могу, но вот сражаться при помощи родовой способности — могу вполне долго.

— Вы закончили, или нет? — послышался знакомый голос.

На площадку вышел старик с седыми волосами и усами. Нарышкин.

— Я всё понимаю, вы две молодые горячие головы, но тут есть и те, у кого не так много времени, как у вас, — он мельком глянул на Таню. — Так что давайте поскорее с этим закончим и кто-то пойдёт по делам, а кто-то в больничку.

— Андрей Викторович, — противник слегка поклонился ему. — Вы здесь как судья?

— Да, — кивнул тот. — Так что давайте, заканчивайте свой балаган и начнём поскорее.

— При всём уважении, — я сделал шаг вперёд, — балаган — это то, что сейчас творится в империи, а у нас здесь — дуэль, если вы не готовы уважать эту древнюю традицию, то может мы найдём другого судью?

— Сергей, — Нарышкин улыбнулся. — Поосторожней со словами. Не забывайте, что вы в присутствии Её Высочества и за подобные высказывания вполне можно нарваться на тщательную проверку от третьего императорского корпуса.

— Андрей Викторович, — я усмехнулся, — эта дуэль — наше личное дело с… — я покосился на противника, — даже не знаю, как его зовут. Но в общем и целом — мы не приглашали на это мероприятие кого-то из императорского Рода. Если, конечно, мой оппонент не сделал этого, что вряд ли. Я уверен в этом на все сто процентов. В связи с этим — любой из нас имеет полное право на то, чтобы заменить судью. Да и когда кто-то из правящего Рода приходит на такие мероприятия — он, как и все остальные, по древнему закону не имеет права вмешиваться в дуэль, несмотря на своё положение. А что до моих высказываний о балагане — отрицание действительности не избавит нас от того, что происходит.

Сейчас я прошёлся по очень тонкому льду, но я всё ещё не перешёл границу, когда за тобой охотится вся страна. Чего мне пока не надо. Всё же хорошо, что прошлый хозяин тела заучивал законы страны наизусть.

Нарышкин покачал головой.

— Вы правы, Сергей, вмешиваться мы не имеем права, при условии, что я не буду судьёй. Но вы не забывайте, что Её Высочество формирует свой круг доверенных людей и выражаться при ней так — далеко не самая лучшая идея. А что до вашей дуэли — для меня это детский лепет, по крайней мере на фоне того, что творится в империи, как вы успели подметить. Сергей, вы молоды, но достаточно разумны, чтобы это понять. Так ответьте мне — зачем вы приняли вызов? Ваши таланты вполне могли бы пригодиться в этот момент империи, а вы рискуете своей жизнью здесь, на арене. Впрочем, не жизнью, лишь здоровьем. По императорскому указу — дуэли до смерти запрещены до окончания турнира. Но всё же?

— Для меня, как и для вас, Андрей Викторович, вся эта дуэль — не больше, чем фарс. Но я уважаю дуэльный кодекс, а также считаю своим долгом вставить на место мозги тому, кто слишком много на себя берёт и слишком большого о себе мнения. Так что не навязывайте мне свои идеалы и давайте уже начнём.

Нарышкин замер, а затем вдруг засмеялся.

— Был неправ, молодой человек, приношу свои извинения, — произнёс он, отсмеявшись. — Признаться, я не особо часто сам участвовал в дуэлях вот и отношусь так скептично к этому процессу. Век живи, век учись, как говорится.