— На уровне коротышки из Солнечного города, — улыбнулся я в ответ, — Я поэт. Зовут Незнайка. От меня вам балалайка. Ещё небольшие эпиграммы иногда писал. Но здесь этим делом в юношестве почти все балуются. Вот мой одноклассник барон Дельвиг — тот, правда, поэт. А здешний Пушкин так себе. Он больше магией увлекался. В принципе, за это и получил часы.

— Выходит, ты своего рода Гарри Поттер, а Царскосельский лицей нечто вроде академии пана Кляксы? — заметно оживился Иваныч, ухмыляясь, — И что ж ты такого удивительного смог наколдовать, что сама императрица тебя заметила?

— Лицей вовсе не Хогвартс, магии здесь не обучают, и завтра из его стен выйдут отнюдь не волшебники, — остудил я миньона, прерывая полёт его буйной фантазии, — Так же, как и в нашей реальности, некоторые дворяне пойдут на гражданскую службу, а какая-то часть — на военную. Скажу тебе больше — вовсе не каждый выпускник лицея может управлять перлами, а именно с их помощью здесь и творится магия.

По пути в лицей я объяснил Викторы Ивановичу основы здешней магии, а заодно и для себя структурировал и систематизировал разрозненные знания своего предшественника.

Начал с эссенции, которая помимо того, что пронизывает всё окружающее, так ещё и конденсируется в так называемых колодцах, где она приобретает одно из пяти направлений местной магии: свет, жизнь, материя, движение и измерение. Пояснил, что источники бывают постоянные и временные. Первые при должном уходе позволяют создавать перлы веками, а из вторых эссенция улетучивается за считанные дни.

Свет, как следует из названия, предоставляет контроль над электромагнитным спектром. Позволяет создавать источники света, коконы невидимости и средства ночного видения. Считается самой простой ветвью магии, как для освоения, так и для создания перлов. Подтверждает этот тезис, созданный самим Пушкиным небольшой бледно-синий перл-фонарик, который он вставил в серебряное колечко, купленное за рубль у молоденькой служанки одной из фрейлин императрицы.

Естественно, нужный результат дался не сразу и стоил Александру года жизни, проведённого в поисках колодцев света, полудюжины безуспешных попыток создания работающего перла и стольких же осушённых при этом источников. Собственно, и имеющимся фонариком Пушкин со временем перестал гордиться, поскольку с ростом опыта пришло понимание — изменив схему перла, такое же количество света можно получать, пропуская через себя намного меньше эссенции. Александр даже рассчитал, каким должен быть новый фонарик и как его создать. Оставалось только найти соответствующий колодец и опробовать свои новые расчёты.

Из памяти Александра мне удалось извлечь интересные сведения.

В колодцах жизни формируются перлы изумрудного цвета, усиливающие и стимулирующие организм. Само собой не осталась в стороне и медицина, поскольку с помощью перлов жизни успешно лечатся травмы, что особенно ценно во время боевых действий.

Именно за сильный колодец жизни, случайно найденный Пушкиным в одном из садов Царского села, юноша и получил в подарок золотые часы.

В принципе, об источнике можно было никому и не рассказывать, но колодцы света, которые до этого использовал Александр, были временные. На этот же раз попался постоянный, и попытаться в нём что-то создавать юноша просто побоялся. Всё-таки воровать эссенцию на земле императора, это не одно и то же, что трясти яблоки в его саду. К тому же Пушкин даже примерно не представлял, как и какой перл сформировать в колодце жизни, чтобы потом его можно было самостоятельно использовать.

Поэтому, не мудрствуя лукаво, он о своей находке и точном её месторасположении рассказал директору лицея Энгельгардту, а тот сразу же поведал об этом императрице.

Елизавета Алексеевна, прознав о том, что у неё под боком учится юноша, нашедший уникальный колодец, через того же директора в качестве вознаграждения за обнаруженный источник передала часы и предложила Александру по окончании лицея подумать о карьере императорского лозоходца.

Молодой Пушкин слышал о существовании подобной службы, но, несмотря на возраст, уже понимал, что колодцы являются материальным активом и не горел желанием искать источники даже для самого императора. За годы, проведённые в лицее, юноша, как ему казалось, достиг таких вершин, к которым обычные люди идут десятки лет. К тому же, что могла дать служба при императоре, если его лозоходцы не смогли обнаружить мощный колодец даже у себя под носом? Да и насмотрелся Александр за время учёбы, как живут приближённые к Императорской семье и понял, что это не его. Посему парень отбрехался, мол, находка была случайной удачей, а затем напрочь отказался от службы при дворе.

Ответ, несомненно, вышел дерзкий, но и предложение было так себе — с непонятной перспективой бродить каждый день по государевым землям в чине коллежского секретаря в поисках колодцев. За те же семьсот рублей в год можно беззаботно протирать штаны в Коллегии Иностранных Дел и пользоваться всеми благами столицы. А это званые вечера, балы, театры, блестящее общество гусаров и привлекательных барышень. Естественно, выбор парня пал на второй вариант.

— Я так понимаю, что слово колодец используется как иносказательный и собирательный образ, — прервал моё повествование Иваныч.

— Ты абсолютно прав, — подтвердил я догадку миньона. — Они больше похожи на лужи диаметром в метр, в которые с окрестностей стекаются потоки эссенции. И Александр ещё ни разу не встречал колодцев измерения, перлы из которых могут влиять на пространство и время. Слышал, что такие образуются в Европе, но говорят, что в Москве и кур доят. В принципе, колодцев материи и движения Пушкин тоже в Царском селе не встречал, хотя из ветви движения у него имеется перл, доставшийся по наследству от прадеда Ганнибала.