Шрифт:
— А я — нет…
Почему-то вдруг промелькнула мысль, что и имя можно было назвать любое…
— Не хотите знакомиться… — не спрашивает, утверждает. — Вы замужем… — кивает на мою правую руку.
Ну, хоть какая-то польза от моего брака — всегда можно, не обижая человека, отказать в знакомстве, сославшись на то, что уже нашла своё счастье.
Счастье… Ага. Такое счастье нашла, что, чувствую, буду дни в календаре отмечать до развода…
— Да, я замужем и…
— И отдыхаете на море одна…
— Не совсем так… Муж в больнице у сестры, а я…
А я язык за зубами держать не умею!!
Отворачиваюсь от Влада и иду в воду. Злюсь на себя, конечно. Вот с чего я с незнакомыми человеком разоткровенничалась и в семейные дела его посвящаю?!
И ладно бы, мужчина мне понравился… Нет, если отстранённо, то такие мужчины, наверное, нравятся девушкам: высокий, спортивный, тёмные волосы и серые глаза, небольшая щетина и улыбка… Хищная такая улыбка…
Но мне сейчас совершенно не до мужчин, какими бы внешне привлекательными они не были. У меня тоже внешне очень привлекательный муж, а копнула поглубже…
— Вода вполне себе, да? — Влад, похоже, решил продолжить наше общение в одностороннем порядке…
Пожимаю плечами и ничего не говорю.
Но вода, действительно, вполне себе…
++++
— Нежданочка, как ты себя чувствуешь? — спрашивает меня мама Богдана.
Если честно, как полная дура…
— Уже лучше, но прийти к вам пока не могу… Вдруг это всё же инфекция…
Ага, подцепила одну неуравновешенную бациллу…
— Да уж… — вижу, что моя свекровь искренне переживает и за меня, и за то, что мы не можем пообщаться лично.
Если честно, то я не приезжаю к ним не потому, что испугалась гнева моего недомужа, посто не хочу с ним лишний раз скандалить. Да и за ради чего? Мы всё равно разведёмся, общаться с его семьёй я не буду… Нет, щенка Тасе, как и обещала, конечно, подарю… И если потребуется какая-то помощь то, разумеется, помогу… Но лезть на рожон и выслушивать всякие гадости…
В конце концов, у меня есть моя семья — папа и мама Галя…
Хотя Тася и Любовь Никитична мне звонят и пишут регулярно. Запрета на звонки и переписку ведь не было. Да и странно было бы, если бы я вдруг отказалась с ними общаться в принципе… Одно дело, прикинуться больной и другое — прекратить общение…
— А я, вот, завтра в Иерусалим еду… Но Боня тебе, конечно же, сказал — раз он с Тасей будет… Вот только я переживаю, как ты одна…
Ох, уж этот Ваш Боня…
— Всё нормально со мной будет… И я рада, что Вы сможете поехать…
— Привезти тебе что-то нибудь?
Благодарю и говорю, что ничего не нужно…
И только заканчиваю разговор с мамой Богдана, как звонит папа…
— Ждануль, ты чем там заболеть умудрилась? Ты ко врачу… Или… Может, нам прилететь? Мама уже с утра в слезах вся… Или ты… Давай домой уже! Если плохо себя чувствуешь, то зачем там сидеть…?
Интересно, кто папе сообщил — свекровь или её Бонечка?
Наверное, всё же Любовь Никична. Из лучших побуждений, само собой… Просто Богдан бы мне написал и предупредил…
Почти десять минут убеждаю папу, что со мной всё нормально, перевожу звонок на видео, чтобы он и мама Галя, которая только что не рыдает в голос, убедились, что я не умираю и что лететь сюда им ни к чему, как и мне… Впрочем… А почему бы мне не вернуться домой? Нет, не к маме Гале и к папе, хотя я бы предпочла именно так, а к себе домой? Богдану я здесь, как кость в горле, к семье его мне приближаться и помогать нельзя…
Соглашаюсь, что полечу домой.
Тем более, там у меня девушка друга Богдана и… И нет самого Богдана, что главное…
Папа и мама Галя, не стесняясь, выдыхают с облегчением…
Вот, и нужно бы злиться на родителей за всю эту "помощь" с Богданом, но за такую заботу и любовь я прощаю им всё…
++++
— А это, значит, Леонид? — присаживаюсь на корточки перед смешным и очень стеснительным малышом.
— Лёня, дашь Неждане ручку? — его мама, девушка друга Богдана, стесняется, похоже, не меньше.
Лёня осторожно потягивает мне ладошку.
Легонько пожимаю и малыш улыбается мне во всё свои несколько зубов…
— Можно подарить ему игрушку? — спрашиваю у его мамы.
Конечно, я не могла приехать домой без подарков для малыша, но и подарить что-то чужому ребёнку без разрешения его матери тоже как-то неправильно.
— Ой, да… Ну, зачем Вы…?! — вижу что Алексии, Лёниной маме, очень неудобно.
— И Вам… Для Вас у меня тоже есть подарок… — косметику с грязью мёртвого моря я и для девушки Игоря купила, разумеется.