Я делаю еще один глубокий вдох. «Да, сэр».

«Хорошая девочка», — рычит он, прежде чем потереть носом о мою шею, глубоко вдыхая. «Ты пахнешь так чертовски вкусно. Не знаю, как я раньше жил без тебя».

Его руки ласкают мою кожу, пока он медленно раздевает меня. Я хнычу от разочарования, умоляя его поторопиться, но чем больше я умоляю, тем медленнее он двигается. Я зарываю пальцы в его волосы, направляя его голову ниже, чтобы, по крайней мере, его рот оказался там, где я хочу.

Он отстраняется и одаривает меня озорной ухмылкой. «Я вижу, что мне будет так весело играть с тобой, солнышко». Он стягивает с меня трусики, и между моих бедер капает влага. «Протяни руки», — приказывает он.

Я делаю так, как он просит, завороженно наблюдая, как он связывает мои запястья моим нижним бельем, как он когда-то делал в библиотеке.

«Теперь подними их над головой», — командует он глубоким гортанным рычанием, и я немедленно подчиняюсь, отчаянно желая угодить ему.

Через несколько секунд я слышу тихий щелчок и тяну запястья. Они не двигаются. Я поворачиваю голову, пытаясь увидеть, что он сделал.

«Это особенность дизайна», — говорит он с озорной ухмылкой.

Меня пронзает дрожь волнения. «Ты привязал меня к своей кровати?»

В его глазах злой блеск, когда он дергает меня за ремни, чтобы убедиться, что я не могу пошевелить руками. «Скорее, приковал наручниками».

Я выгибаю бровь, глядя на него. «В наручниках и с трусиками?»

«Тебе придется очень много двигать руками, солнышко», — говорит он с мрачным смехом, от которого у меня между бедер разливается расплавленное влажное тепло.

«Ты использовал их с кем-то еще?» — спрашиваю я, не в силах остановиться, даже если это портит настроение.

«Нет. Они были частью кровати, когда я ее купил. Я никогда ими раньше не пользовался».

«А был ли кто-нибудь еще?»

«Нет». Он нежно целует меня. «Никто, кроме тебя».

«У меня тоже никого не было», — уверяю я его.

«О, я знаю это, солнышко», — говорит он с глубоким рычанием, и я не спрашиваю его, откуда он знает. Вместо этого я прислоняюсь к подушке и смотрю, как он оставляет нежные поцелуи и острые укусы по всему моему телу.

Лоренцо не ошибся, когда сказал, что я захочу пошевелить руками. Я тяну свои путы, пока он неустанно дразнит меня своим ртом, пальцами и своим прекрасным большим членом, доводя меня до пика оргазма, прежде чем нежно опустить меня обратно. Он делает это снова и снова, превращая меня в дрожащую, потную лужу. Я умоляю его позволить мне кончить.

«Такая нуждающаяся маленькая саба», — насмехается он, снова погружая свой член в меня. Откуда у него столько выносливости? Он уже дважды кончил в меня и готов снова.

Между тем, мои нервы переполнены сдерживаемым напряжением; все мое тело кипит от неистовой сексуальной энергии, и достаточно лишь одной крошечной искры, чтобы я взорвалась, как на праздновании Дня независимости.

Каждая клеточка дрожит от потребности кончить. Пот скользит по моей коже. Мое сердце колотится в ушах, отражаясь в пульсации моего клитора, пока Лоренцо продолжает уделять ему достаточно внимания, чтобы удерживать меня на грани вечного экстаза. Удовольствие проносится сквозь меня, извиваясь и кружась, но так и не овладевая мной по-настоящему.

«Ты такой злой», — выдыхаю я слова, чувствуя, будто собираюсь перейти в загробную жизнь.

Он тихонько посмеивается, берет мой сосок в рот и сильно кусает.

«Пожалуйста, сэр?» — умоляю я в последний раз, более чем нуждаясь и в отчаянии от потребности. «Я сделаю все, что угодно».

«Что угодно?»

«Д-да», — кричу я, когда накатывает очередная волна. Позволит ли он мне дойти до конца на этот раз?

Он вонзает в меня свой член, ударяя по моей точке G. «Тогда кончи для меня, tesoro», — командует он, и я взрываюсь вокруг него, словно миллиард крошечных огненных вспышек одновременно вспыхнули в моем теле, каждая из которых запускает следующую в цепной реакции, пока все они не сходятся в одной сладкой точке между моих бедер, где он находится внутри меня.

Я кричу его имя. Все мое тело содрогается. Я заливаю его своими соками. Мой разум становится пустым, погружаясь в полубессознательное состояние, где все, что я могу чувствовать, — это удовлетворение, удовольствие и тепло. Лоренцо возвращает меня к реальности, рыча непристойные слова мне на ухо, пока он медленно трахает меня до беспамятства.

Лежа на руках у Лоренцо некоторое время спустя, я испытываю искушение замурлыкать, как кошка. Я не могу вспомнить, когда в последний раз я чувствовала себя такой счастливой и желанной, как сейчас. Может, никогда. Брэд покорил меня после нашей встречи. Он обещал мне весь мир. Но я не знаю, испытывала ли я когда-либо эту радость с ним — даже в самом начале, когда все было хорошо.

Я прижимаюсь лицом к его груди. «Это было невероятно, сэр».

Он бормочет что-то в знак согласия, проводя губами по моим волосам.

«Мне нравится называть тебя сэром. Я имею в виду, я думала, что мне это понравится, потому что я много читала о таком образе жизни, но я не думала, что мне это настолько понравится, понимаешь? Это было так горячо. И когда ты сделал это с…»

«У тебя действительно проблемы с тишиной, не так ли?» — усмехается он.

«Да, извини. Но у меня так много вопросов».