«Ты уверен, монстр?»

— Отлично. Если ты не хочешь перегнуть меня через скамейку и врезаться в меня сзади, это твое право. Давай лучше обсудим детали нашего партнерства. — при каждом произнесенном слове горло двигалось под его ладонью, что ощущалось потрясающей эротической лаской. — С моей помощью ты можешь уничтожить оставшихся Отрекшихся.

— Выбрать вероломную бывшую своего брата, а не себе подобных? — он осмотрел ее с головы до ног, словно находится на кровавом поле боя. — С чего бы это?

— Для начала, голой я выгляжу лучше.

— Ты… да, — проскрежетал он, упираясь своим твердым членом между ее ног. Сухожилия напряглись, словно он боролся с собой… и проиграл.

У нее вырвался восторженный возглас.

— Кроме того, они твои конкуренты. Они тоже ищут ключ. Ты правда веришь, что они поделятся с тобой, если найдут? — Виола использовала свое преимущество. — К тому же, ты жаждешь меня.

— Ты говоришь о наслаждении. — прищуренные глаза, напряженный тон. Брохан провел подушечкой пальца по ее пульсу. — Я думал, мы закрыли эту тему.

— Так и было. Но ты вернул ее к жизни, проведя реанимацию своим членом, упирающемся мне между ног.

Его маска цивилизованности вновь слетела. Удерживая ее взгляд, он положил свои большие мозолистые ладони на ее бока… его дрожащие ладони. У Виолы перехватило дыхание от осознания этого. Он был стойким воином… если не рядом с ней.

Дрожа также сильно, она ждала его следующего шага. Прошла одна минута. Две. Они стояли неподвижно и молчали, глядя друг на друга.

— Чего ты ждешь, Брохан? — жажда в ее голосе смутила Виоле, потому что была не притворной. Но она все равно продолжила. — Попробуй уже меня на вкус. Я хочу, чтобы твои губы прикоснулись к моим.

Он покачал головой, но война внутри него заметно усилилась. Казалось, напряжение сковало каждый его мускул. Затем…

— Это ничего не значит. — с рычанием он наклонился и обрушился на ее рот. Брохан не колебался, просто не был искушен. Он с силой прижался своим языком к ее, самозабвенно покоряя, забирая все и требуя большего.

Виола ответила на поцелуй с не меньшим пылом, но более нежно. Хотя его страсть разжигала в ней внутренний огонь, она не стремилась побыстрее прийти к финишной черте. Это словно прекрасное вино. Им следовало наслаждаться медленно.

Вскоре он откликнулся на более нежные ласки. Брохан лизал, посасывал и стонал, его аппетит к ней не угасал. Она прильнула к нему, отчаянно желая большего.

Когда он провел своими большими грубыми руками по ее спине, царапая ногтями позвоночник, она вздрогнула. Затем Брохан обхватил ее зад, притягивая ближе и стирая последнее расстояние между ними. Внезапно каждый ее глубокий вдох вызывал мучительное трение.

— Больше, — потребовала она.

Ошибка с ее стороны. Секундная пауза позволила его ярость поднять свою уродливую голову. С ревом он оторвался от ее губ.

Оставаясь на месте и тяжело дыша, он смотрел на нее, все еще туго сжимая ее в объятиях. Туже.

— Я был прав. Это совершенно ничего не значит!

— Давай сделаем так, чтобы это значило еще меньше. — она невозмутимо встала на цыпочки, ухватилась за его рога и… ах!

Брохан отпрыгнул назад, высвобождаясь из ее хватки. Хотя он и кипел от злости, но не бросился наутек. Или воспользовался расстоянием, чтобы успокоиться. Нет, с каждой секундой становясь все более диким, он прижал ее к стене, шагая сквозь пар и горячую воду, не заботясь о своей одежде. Его внимание по-прежнему было приковано к ней, когда Брохан оперся ладонями о стену по бокам от ее головы.

Голос, больше напоминавший скрежет, он сказал:

— Тебе не следовало трогать мои рога, богиня.

— Почему? Я пробуждаю в тебе самые низменные инстинкты?

— Да, — прошипел он, прижимая Виолу к холодному камню. — Почему ты такая красивая? — несмотря на свой резкий тон, Брохан погладил ее по бедру, заставив вновь ахнуть. Когда она растаяла от этого прикосновения, его глаза вспыхнули. — Почему ты должна выглядеть, пахнуть и ощущаться как рай?

— Ответ очевиден. Я и есть рай, Брохан.

— Этого не… неважно. — он прикусил ее нижнюю губу. — Скажи мне, если я сделаю что-то, что тебе не понравится.

Пока что у нее не было жалоб.

— Ты не догадаешься об этом по моей реакции? — что-то теплое и сладкое разлилось внутри нее. Виола склонила голову набок. — Ты девственник, Брохан? — многие Посланники были такими.

Покраснев, он попытался отвернуться. Она вонзила острые розовые коготки ему в плечи. И, да, Брохан достаточно силен, чтобы вырваться из ее хватки. Но он этого не сделал.