– Вы ведьмы или где? Трансфигурацией не владеете?

– Но законы Гампа...

– Ничего в них не сказано про еду.

– Как же? Нельзя создать еду, прямо так и сказано, - несносный маггл поучает двух чистокровных ведьм! Неслыханно!

– Объясните тогда, почему нельзя?

– Потому что если создать из камня, например хлеб, он в желудке станет камнем. Это проблема! И даже если не станет, то по сути это всё равно камень, он не питательный.

– Так и я о том же! В этих водорослях содержится весь набор белков и витаминов, потребный для жизни!

– Ты предлагаешь, создавать из них что-то вкусное...

– ...чтобы только есть было приятно. А в желудке уже будет неважно, какие они на вкус, - закончила Джинни начатую Луной фразу. Прямо как её противные братцы.

– Соберите со всех членов клуба список, по пять блюд и два напитка. К концу года вы должны уметь их трансфигурировать. Ну и ферма за вами. И сухие пайки придумайте. Вы же знаете, что в еде не меньше 60% воды? А где-то и 90? Научитесь делать обезвоженные заготовки. А ещё у мамок на каникулах обучитесь бытовым чарам.

– Моя мама умерла, - бесцветно произнесла Луна.

– Точно! Тебе особое задание - покажешь мне колдографии родителей, бабушек и дедушек. Среди них ведь не было остроухих?

Луна помотала головой.

А потом председатель воровато оглянулся и произнёс какую-то фразу на певучем языке. Слова совершенно непонятны, но в них слышалось журчание воды и шум листьев, пение птиц и брачное гудение оленей. Очень странный язык. Будто феи поют песни.

Луна запрыгала и начала хлопать в ладоши:

– Твои мозгошмыги водят хороводы!

– Ты что-то поняла?
– лицо Ларуа построжело.

– Нет, но было здорово! Научишь?
– совершенно не смутилась девочка.

– Колдографии. И чтобы уши были видны! Не забудь, - и свалил во тьму. То есть вышел из теплоты клубной комнаты на холод, к дементорам.

А ещё через неделю, Энтони Гольдстейн сказал, что Луне и Джинни выделен неограниченный кредит на продукты.

– Председатель велел... Я цитирую: "Пусть жрут до тошноты, но чтобы могли трансфигурировать любой продукт из утверждённого списка". Просил начать с драконьего мяса. У тебя же брат работает в заповеднике?

Джинни кивнула.

– Грех не воспользоваться связями. Может скидку получим? По родственному?
– Энтони потёр ручки в золотых пятнышках (авт.: "Голдстейн" похоже на "золотое пятно").

Подружки переглянулись.

– Зачёт каждое воскресенье. Будете устраивать нам дегустации.

Девочки так старались, что даже Снейп как-то взглянул на них с сожалением - килограммы ускоренно накапливались на их ещё детских боках. Видимо, вид их был настолько жалкий, что раз в месяц они получали от него собственноручно сваренное зелье Красоты.

Когда Джинни увидела фиал, у неё чуть сердце не остановилось - она видела такой в "Ведьмополитене" - 99 галеонов за порцию!

– А ты думаешь, откуда у нас деньги на исследования?
– подмигнул ей Энтони.
– Разработка Клуба, но даже я не в курсе, как Снейп и Ларуа его создали. Знаю только, что себестоимость... Нет. Это секрет даже для членов клуба. Пейте и ни о чём не думайте. Не вздумайте продать! Уверяю вас, это будет сразу заметно, - Энтони нахально потрепал щёку Джинни за что тут же получил пинок в "сухую кость". А то! Шесть старших братьев! Знаем мы вас!

***

Луна Лавгуд, или Полумна (авт.: Loony - Чокнутая), бежала вприпрыжку по мрачному коридору Хогвартса. Но ей совсем не было грустно, ведь у неё на шее, в красивой оплётке, висит камушек, от которого исходит такое тепло, будто её обнимает мама.

Сегодня противный председатель назначил собрание клуба. Это он подарил этот камень, но всё равно он нехороший! У него неправильные мозгошмыги! Они его слушаются и ходят строем! Такого не бывает!

А когда Полумна заглянула в клубную комнату, то даже опешила:

– Илгус Ларуа, таких мозгошмыгов как у тебя нет ни у кого.

– Не думал, что скажу это, - хмыкнул куратор клуба, - но точнее и не скажешь.

– Луни, да ни какие это не мозгошмыги, это самый настоящий дементор!
– пискнула её подруга и соседка по Оттери-Сент-Кэчпоул, Джини Уизли.

– Между прочим, он является собственностью Министерства магии, - всё так же ехидно заметил зельевар.

– Да я же на время! Скоро верну!
– начал оправдываться Илгус, но в интонации не было ни капли раскаяния. Скорее рассказ о планах.