Вот с «ЭВами» здесь вообще ощущался напряг. Мне попадались приручённые только их очень мало. Зато диких было в достатке, что наводило на определённые мысли по скорейшей адаптации в местном социуме. Нам ничего не стоило привязать дикарей к выборному нами человеку, на то у нас было позволение великой матери и Жорик. Да и одного меня бы хватило, вот только не бегать же мне за ними в самом деле.

Эх, жизнь моя жестянка.

Большого боса я решил встретить в кабинете управляющего, у самой двери обернулся и решил предупредить Олега.

– - Слушай дружище, ты немного подзавяжи с бухлом, а лучше протрезвей. И не вздумай устроить пальбу, нам нельзя иметь огнестрел, нас мигом на крючок зацепят, сам должен понимать. Кабы что-- просто пресани их всех или избей, только аккуратно.

Обречённо вздохнув, посмотрел на хмуро трезвеющего Олега и отправился на стрелку.

В кабинет я вошёл, опередив делегацию бандитов буквально на полминуты. Управляющий испуганно хлопал глазами забившись в самый угол, а оставшийся с ним Петро хмурил брови и скрипел зубами, но подходить ко мне не решался.

Деловитой походкой в кабинет вошли два брата. Ничего общего в их внешности не было, от слова совсем, видимо родство у них не самое прямое. С Черепом мы уже были знакомы, а вот второй товарищ оказался упитанным человеком небольшого роста и чёрными как смоль глазами что, не скрывая благоухал оранжевой закалкой, вот только коэффициент полезности не превышал и сорока процентов от возможного.

Так криво пройти становления уровня, надо ещё постараться. Его энергия хаотично блуждала повсюду где только можно, но только не там, где надо. Вот кому уж точно свой «ЭВ» нужен как воздух, но у нас есть возможность задействовать и своих, посмотрим, чем разговор закончится.

Пока мысли пролетали в голове, этот мужичок молча уселся на место управляющего, и одним взглядом заставил лишних людей в спешке покинуть кабинет.

Присев напротив Осипа Петровича, за Т-образным столом, я приготовился выслушивать разнообразные угрозы и наезды, но был приятно удивлён вежливым обращением начальника Черепа.

– - Для начала, пожалуй, стоит представится—Наприенко Матвей Олегович, в определённых кругах известен под позывным -- «Мангуст». Мне известно ваше имя, поэтому предлагаю сразу перейти к нашим делам. – Пристально посмотрев мне в глаза, и дождавшись благосклонного кивка, продолжил.

– - Очень хорошо. Как вы понимаете мы далеко не самая благопристойная организация поэтому было бы не правильным если мы не попытались компенсировать ваш с другом косяк, изъятием известного товара в счёт погашения возникших по вашей вине убытков, так сказать. Однако, как мы поняли, возникли непонятки неизвестного порядка и поэтому мы здесь чтобы обсудить сложившеюся ситуацию. – Не моргая, он продолжал смотреть мне в глаза.

Честно говоря, мне понадобилась небольшое время, чтобы переварить всё то что он только что сказал. Вот так вот, на пустом месте он сделал нас должниками, и предлагает мне самому назначить себе виру, за якобы принесённые по нашей вине финансовые издержки. Лихо, ничего не скажешь.

Ну что ж, всё тот же наезд только в более изящном формате. Но что-то мне подсказывает что «обсудить ситуацию» выльется в банальный грабёж. Словно в подтверждение моих мыслей за дверью раздался звук разбившегося стекла. Никто из них даже бровью не повёл, продолжая молча сверлить меня взглядами. Ладно, поехали.

Откинувшись, я выпустил свою ауру на свободу, слегка сдобрив её смесью негативных эмоций в виде страха и неуверенности. В молодёжной среде такое состояние называется –измена. Даже такого слабого воздействия хватило чтобы у Черепа выступила на лбу испарина и забегали глазки. Его брат лишь слегка поморщился.

– - Признаться, я уже начинаю жалеть, что связался с вашей организацией. Мне казалось, что вам доходчиво объяснили глубину наших глубин. – Сдавленные крики бандитов, и хруст выломанных дверей, как нельзя лучше подходил для темы нашей беседы.

Мангуст сидел как приклеенный, а вот Череп начал ёрзать и бросать красноречивые взгляды на своего брата. Дабы помочь ему с решением, я опять уколол его сердечную мышцу иголочкой, созданной из эфира. Схватившись за сердце, он подскочил, и стремглав выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью. Теперь можно и поговорить.

– - Скажите Мангуст, почему люди всегда принимают добрые намеренья за слабость? – Вопрос был риторический, но он ответил.

– - Это заложено в природе самого человека, по жизни он хищник и редко упускает возможность довлеть над себе подобными, отсюда и стремление подчинить и поиметь выгоду с других людей. Ведь как правило добротой и прикрывается слабость, но конечно бывают исключения. – Душераздирающий крик пронёсся по коридору, да и вообще, общий фон из стонов, визгов, рыка, сдобренных изрядной долей мата, нарастал. Но мы продолжали вести непринуждённую светскую беседу.