– Карина, не в этом дело. Я уверена, что ты не примешь ухаживания от парня из плохой семьи или с сомнительной репутацией. Покойная мама крепко вбила нам в голову за кого можно выходить замуж, а за кого нельзя. Хотя наш отец в молодости соответствовал ее требованиям с большой натяжкой… Меня тревожит другое. Я видела… – Юдифь смутилась и замолчала.

– Ты опять про свои фантазии? – Карина нахмурилась, – Если что-то чудиться, то надо Милосердной молиться, чтобы она избавила тебя от этих кошмаров. Мало тебе от матери доставалось. Хочешь чтобы тебя называли сумасшедший или, того хуже, ведьмой?

– Кариночка, не надо! Я помню, что ведовство редко приносит кому-то пользу. Видения часто обманывают, а люди очень не любят тех, кто может увидеть сокрытое. Ты знаешь, что когда у меня начали появляться эти странные картинки, мама водила меня к жрецам и там меня научили, как останавливать это. Я научилась не смотреть на то что мне кажется и молиться, чтобы очиститься. И это случается все реже и реже. Но несколько дней назад я видела Рузольфа. Он стрелял из лука. Первый раз он целился в оленя и попал, убив его стрелой в сердце. Затем он прицелился в сидящую на ветке куропатку и тоже попал. После каждого удачного выстрела он довольно смеялся. А потом он снова натянул лук и я увидела, что он целиться в тебя. А взгляд у него был веселым и злым. Я испугалась тогда и долго молилась Милосердной, чтобы кошмары наконец меня оставили. Но минуту назад мне показалось что я слышу твои шаги и я посмотрела на калитку, в которую ты должна была войти и снова увидела. Я увидела тебя, идущей к дому и Рузольфа, который смотрел на тебя сзади так же, как тогда, когда натягивал лук.

– Юдифь, ты совсем свихнулась! – Карина начала злиться. Сестра испортила прекрасное настроение, – Какой лук? Какие куропатки с оленями? Не неси бред! Рузольф что ли стрелять в меня будет? Ты больная!

Сестры замерли молча. Юдифь как-то сутулилась. По левой щеке побежала слеза.

– Ну прости, Юдифь, – Карина порывисто подошла к сестре и крепко обняла всхлипывающую девушку,– Ты не больная. А если кто-нибудь тебя так назовет, я сама ему глаза выцарапаю. Просто ты пойми, Рузольф точно не желает мне зла. Или смотри! Даже если в тебе проснулся проклятый пробабкин дар, то ты же знаешь, что видения часто показывают события не напрямую. Может, если парень целиться в девушку, то это значит, что он присматривает себе жену?

– Я сама не знаю, сестрица. Но прошу, будь осторожна.

– Ладно не переживай, меня не так просто обидеть. Так ты мне поможешь побыстрее навести порядок?

– Конечно.

Когда Мартин пришел с рынка, где он по хорошей цене смог продать выделанные шкуры, девушки уже завершили уборку и заканчивали резать овощи и мясо для традиционного праздничного рагу. Блюдо должно томиться на медленном огне всю ночь и утро, чтобы быть поданным к обеду.

Старый охотник залюбовался взрослыми дочерьми. Обе по своему напоминали покойную жену – единственную женщину, которую он любил. Карина, как и мать была высокой, статной и белокожей. Только волосы у нее не пшеничные, а медные, как у отца. А Юдифь унаследовала пронзительные зеленые глаза и умение создавать уют.

– Как торговля, папа? – Карина видела, что отец пришел с пустыми руками. Значит все продал и доволен.

– Слава милосердной. Все сбыл и по хорошей цене. Весь сапожный цех сейчас в мыле. Заказы к празднику еще не выполнены. Многие заказали башмаки всего за пару дней до срока, а кто-то и сегодня пришел. Кожу всю у меня выкупили. А я боялся, что поздно пришел и будет она после праздника пару месяцев лежать. Так что есть деньги вам на новые башмаки, доченьки. Да и не только на башмаки.

– Здорово. Папа, а можно я пойду сегодня на гулянья у праздничных костров? Меня Рузольф пригласил.

– Рузольф пригласил? – переспросил Мартин, становясь серьезным – Нет, Карина. Это детям не зазорно плясать у костров смешанной компанией под присмотром кого-то из родителей. Ты девушка на выданье. На праздник тебе прилично идти либо с братом либо с женихом. Рузольф приятный парень, я не спорю. Но вы не помолвлены и он за тебя не отвечает. Ты знаешь, что с девушкой может случиться беда и в обычный день. А во время ночного праздника, когда с обеда до вечера выпита половина всего вина в городе без защитника к кострам ходить нельзя. Я уже стар для этого, а вы девицы на выданье. Поэтому мы и проводим последние годы ночь накануне праздника Башмаков дома.

– Но папа. Рузольф наш сосед, мы его знаем и он сам меня пригласил. Я думаю, он сможет за меня постоять, случись что.

– Я сказал нет! И это не обсуждается! – Мартин любил своих дочерей, но умел быть с ними строгим.

Настроение у Карины окончательно испортилось. Ужинали молча. Когда в дверь постучал Рузольф, Карина пошла открыть. Мартин не мешал им переговорить. Против молодого оружейника он вообщем ничего не имел, но на праздник, где полно подвыпивших парней он дочку конечно не отпустит. Город, где они живут и так не самое безопасное место для девушки из небогатой семьи. В их районе еще спокойно, а в нижний город вечером девушке вообще выходить нельзя. А на празднике собираются тысячи людей. Когда дочери были маленькими он с соседями водил детей на начало праздничной ночи. Родители опекали детей, чтобы праздник не обернулся горем. И к полуночи все возвращались домой. Молодежь гуляла всю ночь. Парней всегда было больше, но и многие девушки приходили на праздник. В основном те, у кого были старшие братья или женихи.

За эту ночь легенду о башмаках пересказывали тысячу раз, и каждый раз она звучала по разному. Точно совпадало лишь то, что одинокий охотник встретил голодную и замершую девушку с босыми ногами сбитыми в кровь. Он пожалел ее. Развел костер и и обогрел. Добыл в лесу пищу и приготовил ее на огне. А утром подарил девушке обувь, чтобы она могла идти дальше и предложил ее проводить, чтобы она не пропала в лесу. Потом оказалось, что девушкой была сама Милосердная.

Мартин помнил ту версию, которую ему рассказывала его мать. В ее истории охотник был принцем далекого народа, который шел собирать армию, чтобы вернуть себе законный трон. Девушка убегала от стаи злых как демоны волков, которых принц зарубил своим мечом. На костре он готовил похлебку в медном котелке, пока девушка согревалась, завернувшись в его меховой плащ. А утром он отдал свои единственные башмаки девушке, а себе обвязал ноги кусками волчьих шкур. Потом Милосердная открылась ему и улетела на крылатом единороге, оставив подарки. Медный котелок превратился в золотой и наполнился полновесными монетами вместо похлебки. А Башмаки стали волшебными. Принц смог ходить в них по воде и по воздуху как по твердой земле. На полученные деньги он нанял себе войско и вернул себе законный трон.