— Так всё, хватит! — решительно заявила я, встав из-за стола. — Пора поставить точку во всём этом вопросе!

— Ты куда?! — мама встала вслед за мной.

— К папе, хочу понять, что вообще происходит! — после чего отправилась на выход.

Маргарита

Не теряя даром времени, я поехала в дом родителей. Конечно, лучше бы было всё выяснить у мужа, но вспомнив нашу последнюю встречу, и его невнятные речи я понимала, что вряд ли он мне что-то скажет или объяснит.

Ведь если бы он хотел это сделать, то не сбегал бы из квартиры, заметая за собой следы. Он бы просто дождался меня и нормально поговорил.

Но об этой ситуации был хорошо осведомлён отец. У них на двоих есть какая-то тайна, которую они от меня усердно скрывают. Да что там, они скрывали от меня что-то все эти годы.

Конечно, нет никакой гарантии, что отец мне что-то расскажет, но попытаться я должна.

Я специально уехала одна, без мамы, чтобы поговорить с папой наедине. И сейчас, подъезжая к дому, я надеялась, что застану его.

Когда я вошла в калитку, то увидела машину папы около дома. Ну, значит, разговор состоится. А как он пройдёт и во что выльется, покажет время.

Мой папа уже несколько лет отошёл от дел и передал управление фирмой моему мужу. Но, как сказала совсем недавно моя мама, папа привык контролировать ситуацию сам. Вот и сейчас я застала его в кабинете за компьютером и кипой бумаг.

— О, Рита, ты разве не уехала?! — сделал он удивленное лицо.

Боже, как он играет! Вот не произойди вся эта ситуация, я бы и не подумала, что он сейчас мне лжёт.

— Папа, не нужно, я всё знаю. — Прямо заявила я, а сама не сводя глаз, наблюдала за его реакцией.

— Что ты знаешь? — он задал этот вопрос спокойным тоном, но я всё равно смогла уловить небольшую дрожь в его голосе.

Да и выражение его лица сразу изменилось. Нет, он конечно с виду оставался всё таким же приветливым с лёгкой улыбкой на лице. Но взгляд сразу стал другим, встревоженным каким-то, настороженным.

— Всё, я знаю всё. — Снова пространственно ответила я.

— Рита, что за тайны? Ты о чём сейчас? Что ты знаешь?! — начал выходить из себя отец.

Мой папа был из тех людей, которых чтобы вывести из себя, было нужно очень постараться. И у Славы это совсем недавно очень хорошо получилось. И на эмоциях папа не скупился на слова. Вот и сейчас мне хотелось немного вывести его из зоны комфорта, чтобы и тут мой папуля ляпнул что-нибудь сгоряча. И я очень надеялась, что у меня это получится.

Хотя мне самой этот разговор давался очень нелегко. Едва я вспоминала всё, как в груди начинало предательски ныть. А глаза вмиг увлажнялись слезами.

Вот что со мной сделала вся эта ситуация?! Я из тех людей, которые никогда не плачут на людях. Я привыкла быть сильной и всё держать в себе. Да и профессия моя обязывает иногда закрывать чувства на замок и отбрасывать свои эмоции на задний план. А иначе просто не выжить.

Но сейчас я буквально расклеивалась на глазах. И всё это мне давалось очень и очень тяжело.

— Пап, вот только не надо делать вид, что ты не в курсе измены Славы! — прямо сказала я.

— Какой измены? Ты о чём? — естественно сделал он вид, что не понял.

— Я слышала ваш разговор. — Призналась я. — Какую правду вы не хотите мне говорить? И почему ты ругал его за то, что он приехал в больницу?

— Ладно. — Глубоко вздохнул он. — Да, я узнал, что твой муженёк имеет дочь. Ну и пригрозил ему. Я не хотел, чтобы ты страдала.

— А какую правду он хотел мне рассказать? А ты ему естественно запретил! — продолжила я задавать вопросы.

— О том, что я в курсе всего этого. — Вздохнул отец. — Рита, я очень боялся, что ты не простишь меня за то, что я всё знал и молчал.

Папа подошёл ко мне и обнял меня. Вроде бы он сказал мне правду, но всё равно был каким-то напряжённым. Даже руки его сейчас обнимали меня не нежно и заботливо, как обычно, а сдержанно и скованно.

— Рита, Слава расстался с этой девушкой до свадьбы. О ребёнке он узнал через год после того, как девочка родилась. Его бывшая пришла к нему, потому что малышка оказалась больна. — Начал объяснять отец. — Он первым делом пришёл ко мне и всё рассказал. Сказал, что очень сильно тебя любит, и боится, что когда ты узнаешь, то не простишь его. Или бросишь, чтобы ребёнок без отца не рос. И тогда мы решили, что это будет нашей тайной.