— Заебато проскочили!.. — нервно хохотнул Костик.

Егор Лексеич остановил транспортёр, и в странном покое сквозь урчание движка зазвучал стрёкот кузнечиков. Драглайн тоже замер. Он утратил смысл борьбы, а потому равнодушно переключился на обычный режим. Со звоном натянулись цепи, завыла могучая лебёдка, ковш оторвался от земли и, грузно покачиваясь, поплыл вверх обратно к стреле. На месте, где он лежал, темнела глубокая прямоугольная вмятина. Экскаватор не стал разворачивать корпус — какая ему теперь разница? — и начал новый медленный шаг вперёд. С тихим скрежетом эксцентрика он принялся опускать поднятую конструкцию стопы.

Вход во внутренние помещения драглайна располагался на высоте третьего этажа; к балкончику на борту машины вела металлическая лесенка. Под её нижние ступеньки Егор Лексеич и подогнал мотолыгу.

— Костян, ты самый молодой, слазий, проверь, — приказал он.

Костик охотно вылез из отсека на капот мотолыги и с него перепрыгнул на лестницу, взвился до балкончика и толкнулся в стальную дверь.

— Заперли, суки! — крикнул он.

— Я открою, — пообещал Холодовский.

С гранатомётом в руках он выбрался наружу, отошёл по траве к стене Арского камня, вскарабкался на валун, примерился и бабахнул. Звонкий, как удар колокола, взрыв выбил дверь и покорёжил одну сторону дверной рамы.

— Витюра, место моё займи, — распорядился Егор Лексеич. — Держи машину под лестницей, пока мы этот самовар не загасим.

С капота мотолыги на лесенку экскаватора Егора Лексеича подсадили Фудин и Серёга. Егор Лексеич поднимался неторопливо и уверенно. За ним двигались Фудин, Серёга, Костик, Холодовский, Митя и Маринка.

От двери вглубь драглайна тянулся неширокий стальной коридор, тускло освещённый лампами в плафонах. Преграждая путь чужакам, в коридоре стоял взволнованный светловолосый парнишка чуть постарше Костика. Он был вооружён пистолетом — даже не боевым, а уличным электрошокером.

— Не дури, — по-отечески предостерёг его Егор Лексеич. — У нас автоматы и базуки, и нас больше, а вас всего пятеро. Спрячь пукалку свою.

Коридор плавно качнулся — драглайн делал очередной исполинский шаг. Егор Лексеич опёрся о стенку.

— Кто вы такие? — непримиримо спросил парнишка.

— Просто бригада с Магнитки. Жратву возьмём, и всё, не ссы.

— Вы нас ограбить, что ли, намерены? — удивился парнишка.

Он смотрел с каким-то облегчением и даже с лёгким презрением.

— А куда деваться? — вздохнул Егор Лексеич.

— Откуда знаете, что нас пятеро?

— Пять мопедов на крыше. Хорош базарить, веди в штаб или что там у вас.

— Я в машинный зал схожу, — сказал Егору Лексеичу Холодовский. — Отключу передачу с главного дизеля на гидравлику передвижения. Думаю, там второй контур есть или аварийная система, так что оставлю интерфератор и свет. Ночевать ведь здесь будем, да?

Драглайн внутри очень напоминал корабль: коридоры, отсеки, лестницы — но ни одного иллюминатора. Парнишка ориентировался вполне уверенно, будто жил в драглайне давным-давно и выучил все закоулки.

— На вертолёте забрасывались? — поинтересовался Егор Лексеич.

— Да, — буркнул парнишка. — У нас каникулы. Мы форест-пати устроили. Сюда многие на форест-пати прилетают, драглайн — популярный объект.

— Сами-то с Челябы? Студенты?

— Студенты, но из Еката. Нас предупреждали на кафедре, что местные хищничают, однако мы не ожидали, что так нагло.

— Вам тут — забава, а у нас — работа, — усмехнулся Егор Лексеич.

— Ага, работа, — скептически ответил парнишка.

Митя почему-то чувствовал симпатию к этому горожанину, и было стыдно за грубое вторжение и принуждение.

— Дядь Егор, можно я мопед на мотолыге повезу? — спросил Костик.

— Сам тогда пешком почешешь.

— Ну, я сбоку его как-нибудь прикручу! — заканючил Костик.

— Отъебись! — бросил Егор Лексеич.

— Кают-компания, — нехотя пояснил парнишка, открывая дверь.

Просторное и низкое помещение было залито золотым сиянием заката. За большим общим столом сидели ещё четверо студентов — два парня и две девчонки. На вошедших они смотрели напряжённо и недоверчиво.

— Здоровьица всем, — радушно пожелал Егор Лексеич.

На столе стояла какая-то сложная кастрюля с электронной панелью: то ли походная печка, то ли автоклав. Студенты готовились что-то раскладывать по пластиковым контейнерам, будто кашу по тарелкам. Егор Лексеич помрачнел.

— Ужинать собираемся, — сказал парнишка.

Егор Лексеич, гневно засопев, щёлкнул ногтем по кастрюле.

— Ну и пиздоболы же вы, — с чувством произнёс он.

— Выбирайте выражения! — вспылил один из студентов.

— Не пизди! — осадил его Егор Лексеич. — Я мудак, что ли, считаете?