Заслужила сначала приподнятую вопросительную бровь. Пока прислуга выставляла на столе столовые приборы и еду, мы не обмолвились и словом, но оставшись наедине…

— Тебе до сих пор плохо? — лаконично спросил, приступая к завтраку.

Мне же от одного вида омлета и жаренных колбасок подурнело, и пришлось силой заставлять себя остаться на месте, ибо хотелось скрыться подальше от еды. Правда, от овощного салат меня не мутило.

— Нет, — просто соврала. — Но хочу убедиться, что со мной всё в порядке. Обычный чекап не повредит.

Лирссман кивнул утвердительно, не став спорить, предложил подвезти до брата, но, под предлогом выдуманного созвона по работе, сказала, что поеду чуть позже. В прихожей, провожая мужа на работу, как заботливая жена, заслужила тяжёлый изучающий взгляд серых глаз. Ришард пытался найти фальшь в моих действиях, но находясь со столь искусным игроком, и сам невольно учишься блефовать отменно. По традиции, супруг запечатлел на губах томный жадный поцелуй, вжимая в своё тело, а после, пожелав хорошего дня, покинул резиденцию.

«Наконец-то!», — вздохнула с облегчением, едва массивная дверь закрылась.

Прихватив с кухни литровую бутылку чистой воды, ушла в спальню, и смогла поспать два часа. Не скажу, что это особо помогло, но вероятность внезапно заснуть даже стоя, значительно снизилась.

Пока ехала в частную больницу, кусала губы и маленькими глотками пила воду. Думала, мятная конфета поможет, но вовремя вспомнила, что мне и в обычной жизни от них было плохо.

Конечно, в глубине души я надеялась, что тест бракованный, и я не беременна, но по сути, это был просто побег от реальности. А оказавшись в кабинете Тайсона, увидев тяжёлый взгляд зелёных глаз, направленный на меня, только убедилось в правдивости ситуации.

— Ты знаешь, почему я здесь, — только ровно выдохнула, присаживаясь на глубокое кресло.

— Какой срок? — равнодушный вопрос в ответ.

— Три недели.

Между нами воцарилась тишина. Мужчина безэмоционально смотрел мне в лицо, но мыслями словно был не здесь. Да, ему ничего не стоит позвонить прямо сейчас своему брату, сообщив о столь «долгожданной» новости, но почему-то шатену это было…не выгодно. Он тайком подсунул мне тест на беременность, шифровался от охраны, хотя по логике, должен был сделать это открыто, ещё в той комнате, когда измерял мне давление. Наверное, именно поэтому я и приехала к нему, надеясь, что хотя бы временно, но «это» останется между нами.

— Тебе надо сделать УЗИ, — ровно заключил, приходя в себя.

Я же напряглась, нервно поправляя волосы.

— У тебя есть другие гинекологи, помимо…Барбары? — аккуратно спросила.

Ничего против женщины не имела, но вот она-то как раз и могла рассказать всё Лирссман, учитывая, что вчера тоже присутствовала на юбилее, хотя мы и не успели поздороваться.

— У Барбары сегодня выходной. Я сам проведу осмотр.

«О, как!».

Удивилась, что Тайсон не акцентировал внимание на женщине, его словно вообще не волновало и на миг, почему я так воспротивилась общаться с конкретным гинекологом. Но, как успела понять, брат Ришарда был ещё той загадкой, и похож на «старшего» больше, чем думала раньше.

И вот, лёжа на кушетке с задранной до груди футболкой, нервно кусала губы, поглядывая на тёмный монитор, пока врач наносил холодной гель на живот, а после, начиная водить прибором из стороны в сторону. То ли от переживаний, то ли от незнания медицины, но ничего по снимкам разобрать не могла, и даже надеялась на лучшее…

— Вот и плод, — произнёс шатен, тыкнув пальцем на экран.

Я разглядела только крохотное круглое пятно с какими-то еле заметными отростками по бокам и чем-то, напоминающим голову. Тайсон распечатал снимок, кладя на рядом стоящую табуретку, а для меня это сработало, словно бомба замедленного действия.

Детей не хотела, по крайне мере пока, всяческими способами старалась этого избежать, и сейчас не собиралась скакать от радости или кричать на весь мир, что не смотря ни на что, я уже люблю этого ребёнка и никому не отдам. Нет. Пока, для меня рушился весь мир, мои планы на жизнь, цели, карьера… У меня отбирали последнее, что принадлежало «мне», и это убивало.

— Я не вижу никакой угрозы тебе или плоду, — резюмировал Тайсон, откатывая прибор и вытирая бумажными полотенцами гель с моего живота.

Меня словно парализовало.

Вообще ничего не замечала, полностью сконцентрировавшись на собственных чувствах. Хотелось заплакать, одновременно закричать в приступе гнева, а ещё «кое-кого» придушить, и, желательно немедленно. Такого нельзя говорить, но я бы была самым счастливым человеком, если бы Тайсон нашёл какие-то отклонения и сказал, что надо делать аборт.

Увы, реальность была намного паршивее.

— Я сама сообщу Ришарду, но…не сейчас, — твёрдо произнесла, садясь на кушетке и поправляя футболку.