Не опускать глаз в раздевалке. Переводить взгляд в коридорах, подмигивая девчонкам и сосредотачиваясь на том, как они отбрасывают волосы. В тот год я держал Трейси под руку на выпускном, нам обоим исполнилось по восемнадцать, и мы были достаточно взрослыми, чтобы снять номер в отеле на ночь. Было неплохо. Когда я всасывал ее сиськи, то, возможно, на краткий миг вернулся в тот самый момент — за несколько секунд до того, как кончил настолько сильно, как никогда в жизни. На мгновение они перестали быть роскошным четвертым размером в моих ладонях и тугими сосками во рту. Я не ее грудь пытался заглотить целиком. Я пытался спуститься глубже на толстом члене.

Мы дурачились на протяжении всего выпускного года и даже летом после, но она поступила в колледж на побережье, а мне пришлось отправиться в колледж в Техасе. Я оказался достаточно хорош, чтобы попасть в одну из двенадцати самых крупных футбольных команд, но недостаточно хорош, чтобы получить стипендию. Неважно. Я все равно оставался футболистом в кампусе. По-прежнему был самым крутым. Цыпочки все также оценивающе рассматривали меня с головы до ног. И приглашали абсолютно на все вечеринки. А я продолжал трахаться налево и направо.

Но вместе с тем мне по-прежнему приходилось полной грудью дышать этой удушливой дымкой тестостерона, этим острым фанком после тренировок, который являл собой стопроцентный мужской концентрат. Чаще всего у меня в джоках был наполовину эрегированный стояк. «Хер с ним», — говорил я себе. Я просто рад, что тренировка закончилась. А потом делал очередной глубокий вдох и зажмуривался. Рот непроизвольно наполнялся слюной.

Но все это не имело значения. Я поклялся. Никогда больше. То была просто ошибка. Заблуждение. Один из тех странных экспериментов, через которые все проходят. Всего лишь миг. Не определение.

Сезон начался и закончился. Мы играли достаточно хорошо, чтобы пробиться в Матч Футбольной Чаши1. Не лучшие, но и не аутсайдеры. Достойно. Тренер остался доволен, и когда мы выиграли, в кампусе организовывали вечеринки в течение двух недель подряд. Я приходил на занятия, а от меня за милю разило выпивкой, потом и сексом, профессора только вздыхали.

Ну ладно, чувак.

Так сложно быть востребованным в девятнадцать лет. Надо пытаться угодить всем.

Наконец наступили каникулы, и большая часть команды решила отправиться во Флориду. Мы загрузились в пикапы и легковые машины — игроки, болельщицы и все, кто хотел присоединиться к колонне — и направились на восток.

Весенние каникулы во Флориде — просто безумие. Все колледжи к востоку от Миссисипи направляются к побережью, и это просто вечеринка за вечеринкой, тянущиеся от Джексонвиля до Майами. Мы притормозили в Дейтоне, остановились в захудалом мотеле, одном из тех, что подняли расценки достаточно, чтобы это выглядело, как вымогательство, но при этом оставили их приемлемо низкими, чтобы студенты все же могли позволить себе заплатить. В итоге я оказался в одном номере с тремя соседями. Четыре парня на двух двуспальных кроватях. Если бы здесь что-то и происходило, это стало бы чертовски публичным зрелищем.

Мы слегка закинулись и отправились на пляж, пряча пиво и водку в бутылках с водой, впитывая солнце и песок. Чирлидерши, волейболистки и теннисистки лежали, работая над своим загаром, или резвились в волнах. Несколько парней погнались за девушками, оттесняя их в прибой. Какое-то время они плескались и брызгали друг в друга водой, а затем разбились на пары, девушки обхватили парней руками и ногами, тесно прижимаясь друг к другу в теплых и мягких волнах.

Неподалеку шла волейбольная игра, ребята из другого университета. Их акцент слегка раздражал, Новая Англия2, тягучие и гнусавые интонации. Они казались немного бледноватыми из-за зимы, проведенной в теплых пуховых куртках, но вместе с тем были рельефными и мускулистыми, носили бейсболки задом наперед, а плавки низко на бедрах. Я мог посчитать мышцы пресса и спины, безнаказанно заценить окружность бицепсов из-под солнцезащитных очков. Большую часть времени я провел, наблюдая именно за ними, а не за Мэнди и Кортни, двумя первокурсницами, соперничающими за мое внимание. Я переспал с обеими в кампусе. Они наверняка согласились бы и на тройничок. Но я не мог смотреть в их сторону. Не мог наблюдать, как они резвятся в волнах. Я игнорировал их призывы, кокетливое хихиканье и попытки затащить меня в воду. Хотя вполне возможно, мне даже досталась бы дрочка от них прямо в прибое.

Вместо этого мой рот заполнился слюной, а взгляд скользнул по капелькам пота, стекающим по спине одного из волейболистов.

Он был просто зверь, ростом где-то шесть футов четыре дюйма и весом фунтов двести двадцать пять. Парень подавал мяч. Я смотрел, как перекатываются его мускулы. Как выгибается спина. Его кожа загорела, а шорты сползли вниз, открыв бледную линию ягодиц, прежде чем он опять приземлился на ноги. Парень мастерски уворачивался, сталкивался, подныривал… Пытаясь отбить очередную подачу, что прилетела с другой стороны, он упал на песок, а мяч отскочил от его кулаков.

Подпрыгнул и покатился… ко мне.

Самый лучший представитель Новой Англии поднялся и зашагал к нему, пока песок осыпался с его скульптурных мускулов, будто маленькие водопады золота стекали по его точеному телу. «Спортсмен», — подумал я. — «Футболист. Вроде меня. Возможно, нападающий». Его бедра плотно обтягивали белые пляжные шорты, открывая взору четкие линии квадрицепсов и подколенных сухожилий.

Мой взгляд, блуждая, скользнул выше. К его члену.