Шли мы по этой сыромятине, спотыкаясь о камни да уворачиваясь от капель конденсата. Мрачняк редкостный, если честно. Давит на нервы похлеще иных монстров. Как в склепе прям. Хотя… мы ж, по сути, в могильнике и есть. Тьфу, бля!

Минут через пять петляний впереди забрезжил тусклый огонёк. Я дёрнул рукой, призывая ребят притормозить. Принюхался, прислушался. Вроде тихо. Но это ни хрена не значит — Система ой как любит подсовывать сюрпризы в последний момент.

Короче, подобрались мы тихой сапой к проходу. Я выглянул из-за угла и охренел. Перед нами открылся огромный, просто-таки циклопических размеров зал. Мрачный, затхлый, но в чем-то даже величественный. Этакий гибрид древнего храма и гигантской пещеры.

А центром всей этой роскоши было здоровенное сооружение, смахивающее не то на алтарь, не то на саркофаг. Грубо вытесанное из цельной скалы, оно возвышалось посреди зала угрюмой громадой. Метров пять в высоту, не меньше.

И это ещё не всё. Стены храма, от пола до потолка, были испещрены какими-то загадочными закорючками. Приглядевшись, я понял, что это не кракозябры, а самые настоящие письмена и символы. Явно древние, судя по потёртостям и трещинам.

— Ни хера ж себе! — выдохнул Валька, тоже узрев масштаб пейзажа. — Это что ещё за хренотень? Куда это нас занесло, блин?!

Олег, не отвечая, медленно двинулся вглубь зала, как загипнотизированный пялясь на письмена. Он что-то быстро бормотал под нос, не то молитву, не то заклинание. Глаза лихорадочно бегали по строчкам, будто студент перед экзаменом.

— Погодь, погодь! — встрепенулся я, маханув рукой магу. — Ты чего там высмотрел, а? Никак послание от местных аборигенов?

Олег отмахнулся, даже не повернув головы.

— Тихо ты! Не мешай… Тут такое… — голос его дрожал от возбуждения. — Это ж надо, сохранилось ведь! Древность несусветная, а всё одно — как вчера высечено!

Мы с Валькой недоуменно перемигнулись. Чего это он? Двинулся на почве местных древностей? Так, глядишь, скоро и нас изучать начнёт, как музейные экспонаты.

Я подошел к Олегу и легонько потряс за плечо. Тот недовольно дернулся, но глаз от стены так и не оторвал. Только забормотал чуть громче, тыча пальцем в особо замысловатые закорючки.

— Погоди, ты хоть объясни, чего тут такого интересного-то? — не отставал я. — На древнюю клинопись какую-нибудь наткнулся, что ли?

Олег досадливо цыкнул.

— Да какая клинопись, тьфу на тебя! Тут вообще не письмена, а самые настоящие символы. Сакральные, мать их! Такие только в особо древних и значимых местах встречаются. Местах Силы, ежели по-вашему.

— Хрена себе! — почесал репу Валька. — И чего сей шифр значит? Небось, тайну бессмертия али философский камень какой?

Олег только отмахнулся.

— Типун тебе на язык, без году неделя в магию! То всё басни для доверчивых олухов. А тут… Тут совсем другое. Тут зашифрованы знания древних о природе мироздания. О тайных законах бытия, о сути всех вещей. Глянь вон, видишь символ уробороса? Змей, кусающий себя за хвост. Один из древнейших сакральных знаков. Означает вечность, цикличность, непрерывность…

Он принялся тыкать пальцем то в одну закорючку, то в другую, шепча под нос диковинные слова. Глаза горели, на скулах пылал лихорадочный румянец. Во как пацана пробрало, не на шутку!

Я тем временем подошел к алтарю, с любопытством его разглядывая. Может, там какая-нибудь потайная ниша имеется, с особо ценной добычей? Ну там, может меч-кладенец волшебный завалялся или скатерть-самобранка? Да что угодно, лишь бы нам в хозяйстве сгодилось.

Внезапно в голове вспыхнуло, зазудело что-то. Знакомое такое чувство, как во время разведки у логова лича. Неужто?.. Ну точно! Интуиция, родимая! Как чуяла, ведьма, что не всё тут просто, ох не всё…

Я принялся ощупывать алтарь, простукивая, принюхиваясь. Ну давай же, колись, где тайник твой? Не просто ж так тебя тут устанавливали, наверняка с умыслом!

Минут через пять поисков пальцы нащупали едва заметную выемку у самого основания. Бинго! Поддев кончиком лезвия топора, с натугой потянул. Есть, поддаётся, заразина!

С оглушительным скрежетом в основании алтаря отъехала в сторону массивная каменная плита, явив моему взору неглубокую нишу. А в ней, на покрытой многовековой пылью полочке лежала…

— Книга! — выдохнул я, бережно извлекая наружу пухлый фолиант в потрёпанном кожаном переплёте. — Древняя, как моя бабка прости господи. Интересно, что в ней?

Олег с Валькой тут же кинулись ко мне, возбуждённо сопя. Стянули книжицу, принялись листать, отфыркиваясь от пыли. Ага, попались, голубчики! Теперь уже от загадки ни в жизнь не оторвутся.

Однако, едва пролистнув пару страниц, парни приуныли. Еще бы — вместо букв или хотя бы картинок все листы были испещрены всё теми же непонятными закорючками, как на стенах. Тайнопись, мать ее!