Поздравляем! Активный навык Щит души успешно изучен.

Описание навыка всплыло следующим сообщением:

Щит души: Поглощает урон, равный 30% вашего максимального здоровья. КД: 1 минута.

Вдохнув глубже, я активировал новый навык и ощутил лёгкую вибрацию по телу, будто невидимый барьер уже готовился к своему первому бою. Интересно, как он проявит себя в деле?

Я поднялся, всё ещё ощущая легкую слабость. Применив на себя Лечебное прикосновение, боль сразу же отступила. Вокруг кипела работа: люди разгребали остатки битвы, собирали тела павших мобов и убирали разрушенные баррикады. Воздух был пропитан пылью, потом и железистым запахом крови. Картина, ставшая привычной за последнее время.

Справа я заметил молодого парня, который едва держался на ногах. Его плечо было сильно обожжено, а движения выдавали усталость, граничащую с отчаянием. Не долго думая, я направился к нему.

— Сядь, отдохни, — сказал я, положив руку ему на плечо. Его глаза встретились с моими, в них читалась благодарность, смешанная с болью.

— А как же работа? Мы же должны восстановить лагерь… — начал он, но я перебил его.

— Сейчас главное — не лагерь. Сейчас главное, чтобы все остались живы. Остальное подождёт.

Он нехотя сел на камень, а я направил руку на его рану. Свет от Лечебного прикосновения осветил его обожжённое плечо, и рана начала постепенно затягиваться. Парень выдохнул, словно огромный груз упал с его души.

— Спасибо… — его голос дрожал. — Вы мне очень помогли.

Я кивнул, но внутри чувствовал, как с каждой такой попыткой слабость становилась сильнее. Моя внутренняя энергия, похоже, подходила к концу, но оставалось ещё много раненых.

Я перешёл к следующему. На этот раз это была девушка с глубоким порезом на ноге. Её лицо исказилось от боли, но она сжала зубы, чтобы не закричать. Я опустился на колени рядом с ней, активировал навык и увидел, как рана начала затягиваться. Её напряжённые мышцы расслабились, а на лице появилось выражение облегчения.

— Держись. Скоро всё закончится, — сказал я, поднимаясь.

Я подходил от одного раненного к другому и помогал по мере сил. Однако через несколько минут почувствовал, как ноги стали подкашиваться. Мгновенный откат. Я нашёл ближайшую стену и прислонился к ней, закрыв глаза. В голове шумело, а сердце колотилось. Нужно было сделать перерыв.

Вдохнув глубже, я попытался сконцентрироваться. Не время падать духом. Вокруг ещё оставались те, кто нуждался в помощи. Люди смотрели на меня с надеждой, и это было главной причиной, почему я не мог позволить себе сломаться.

Спустя несколько минут отдыха я снова встал. На этот раз я решил ограничить использование Лечебного прикосновения, сосредоточившись на поддержке морального духа и организационных задачах. Я помогал перетаскивать раненых в безопасное место, где было нужно — укреплял баррикады.

Параллельно я присматривался к тому, что осталось от противников. Среди тел мобов я нашёл несколько необычных предметов: острые когти, похожие на кинжалы, осколки чешуи, излучавшие слабый свет, и что-то наподобие плотного меха, который явно мог пригодиться в холодные ночи. Всё это я аккуратно складывал в инвентарь, чтобы позже разобраться.

Когда я поднял взгляд, то увидел, как один из жителей лагеря, несмотря на свои раны, пытался передвинуть крупный обломок дерева. Я направился к нему, чтобы помочь.

— Дай-ка сюда, — сказал я, перехватывая брёвна.

— Но вы и так сделали больше, чем могли… — начал он, но я лишь махнул рукой.

— Что я сделал то? — спросил я, уже перетаскивая дерево.

— Да, благодаря вам, — тихо ответил он. — Если бы не ваши… эти, как их, скелеты… Нас бы уже всех перебили.

Я не стал ничего отвечать, просто кивнул. Мне не нужно было благодарности, мне нужно было, чтобы они выжили.

Наконец, ближе к вечеру, когда работа почти подошла к концу, я присел у костра, раздумывая о прошедшем дне. Щит души так и не пришлось использовать, но я знал, что он станет моим новым козырем. Система продолжала преподносить сюрпризы, и я всё сильнее убеждался, что моя сила — это не только навыки, но и люди.

Глядя на огонь, я ощущал смешанные чувства. С одной стороны, мы выстояли. С другой — цена была слишком высока. В этот момент я понял, что теперь это не просто битва за выживание. Это война.

На следующий день, после долгого и беспокойного сна, мне предстоял разговор с лидером лагеря. Он был занят организацией восстановительных работ, но, как только я появился, отложил дела и пригласил меня в небольшой, импровизированный зал собраний. Мы сели за простой деревянный стол, который был сделан скорее из практичности, чем для удобства. Лидер выглядел уставшим, но в его глазах читалась решимость.

— Артём, — начал он, глядя мне прямо в глаза, — я хотел ещё раз поблагодарить тебя за то, что ты сделал для нас. Без твоей помощи, я уверен, мы бы не выстояли. Но… — он замолчал, подбирая слова.