Если дело о нападении на меня в Мичигане дойдет до суда, то это поможет. Но мне сказали, что это будет еще не скоро.

Джален изучал меня. Я видел, что он хочет спросить, почему я так рвусь помочь его брату, но сдержался. Обсуждение моей связи с Бишопом потревожит его собственные комплексы, особенно если я намекну на завязывающиеся отношения. Он узнает, что я гей. Ему также придется принять ориентацию брата, но это приведет к слишком сильным внутренним мукам.

Так что он избегал этого вопроса.

— Джален, ты знаешь, что он невиновен. Ты сам сказал. Неужели справедливо позволять ему гнить в тюрьме, когда есть такой шанс помочь ему?

— Ты так говоришь, будто у меня есть секретная заначка, которую некуда потратить. Приятель, я работаю на стройке. Знаешь, как там платят? Я тебе скажу. Хреново там платят. Если бы этот дом уже не принадлежал семье, я бы не сумел тут остаться. Слава Богу за маленькие радости. Но скажу тебе так, после оплаты счетов, бензина и продуктов у меня остаются гроши. Все. Откуда мне взять деньги для моего брата?

— Джей-бэй? — Дрейк высунулся из-за угла и сочувственно улыбнулся мне. — А как же страховка?

Джален снова напрягся всем телом и не смотрел на своего друга.

— Ну да, и страховка на дом. Этому парню не нужно перечисление наших... моих... километровых расходов.

«Упс. Ты не хотел так оговориться, да, Джален?»

— Я не про то. Страховка жизни бабули. Помнишь?

Джален притих, скользнув взглядом в сторону и будто задумавшись, затем пробормотал:

— Я про это забыл.

— Половина ведь формально причитается Бишопу?

— Дрейк!

— Прости, просто пытаюсь помочь, — он дотронулся до пальцев Джалена и снова скрылся. Это должно было быть деликатным жестом, но от меня не скрылась их связь... или реакция Джалена. Бедный парень чуть ли не взмок. Бедного Дрейка ждет взбучка после моего ухода.

Потребовалась минута, но напряжение все же ушло из плеч Джалена, и он рискнул посмотреть мне в глаза.

— Он прав. Судя по всему, ее жизнь была застрахована. Я разбирался с кучей всякого дерьма — похороны, закрытие ее счетов и все такое. Подтягивал концы, — он провел ладонью по лицу, и я впервые увидел его измождение. — Я совсем забыл про страховку.

— И Бишопу формально полагается половина?

— Понятия не имею, раз он в тюрьме. Мне надо будет узнать. Мне сказали, что мне надо заполнить кучу бумаг для получения, но мне не удавалось выкроить минутку, чтобы съездить в страховую.

— Это помогло бы.

Джален прислонился к стене и сжал переносицу.

— К твоему сведению, я не думаю, что речь идет о больших деньгах. Бабуля и дедуля жили не намного лучше порога бедности. Они еле сводили концы с концами.

— Я найду вторую половину суммы, если ты поможешь.

Джален во второй раз посмотрел на меня с невысказанным вопросом, крутившимся на языке. Почему? Почему я так рвусь помочь его брату?

— Могу я дать тебе свой номер? — спросил я, снова перенаправляя разговор. — Можешь позвонить мне, когда узнаешь больше. Адвокат пока ждет, но чем быстрее мы сделаем это, тем лучше.

— Да. Ладно.

Он вытащил телефон, и мы обменялись номерами.

— Если... — Джален поколебался. — Если Бишопу ничего не причитается, поскольку он в тюрьме, я все равно дам тебе деньги. Бабуля хотела бы этого. Я не пытался быть засранцем, просто...

— Знаю. Я буду благодарен за любую помощь. И он тоже.

Джален пошаркал ногами, глянул в другую комнату, затем снова повернулся ко мне лицом.

— Ты сказал, дела у него не очень?

— Он в депрессии. Твое письмо было ударом под дых, и он среагировал не лучшим образом. Получил наказание за плохое поведение и девяноста дней ограничений. В сочетании с этим и скорбью он опускается на дно.

— Ты скоро его увидишь?

Я улыбнулся.

— Да. Я планирую навестить его завтра. Как подобает, в смысле, использую одно из его посещений, раз твоя бабушка больше не приедет.

Джален вскинул бровь.

— Тебе разрешается так делать?

— Понятия не имею. Но я все равно так поступлю. Я сделал несколько фото на телефон и распечатал. Мой район, дом, худо-бедно сляпанные обеды и все такое, — я усмехнулся. — Я знаю, ему всегда нравилось, когда она делилась с ним внешним миром. Я надеялся, что он вновь улыбнется.

То выражение вернулось. Джален потоптался на месте. Он знал правду, и это вызывало у него дискомфорт.

— У тебя есть минутка?

— Да.