По-хорошему, мне бы тоже катапультироваться, сил почти нет, слаженную атаку пары штурмовиков я не отобью совершенно точно, и как выкрутиться из ситуации, ума не приложу. Приказать парням чтобы отвлекли на себя? Рискнуть кем-то ещё? Вообще это была та сторона командирской роли которая мне никогда не нравилась. Ладно здесь только меня касается, выкручусь, а ведь бывает что приходится выбирать между другими людьми, зная что любое решение которое будет принято, окончится чьей-то смертью.

Дым в кабине почти рассеялся, но дышать всё ещё было трудно. Закашлявшись, перевёл ползунок накачки в положение «ускоренная». Выстрелю, и сразу катапультируюсь, повезёт, добью «Зевса». Только подумал, как из динамиков донёсся знакомый рёв, и поднимая огромные тучи пара яркой реактивной струей, за спиной у неприятельских штурмовиков приземлился «Удар». В любой другой ситуации, не противник наглухо бронированным ящерам, но вот со спины появлялся шанс. Теперь, главное, не промазать. И Семенов не промазал. Попал чётко в нижнюю часть затылка, самое уязвимое место этой машины. Взрывом подбросило в воздух ошметки металла, голова «Зевса» неестественно съехала на грудь, а сам робот зашатался, и сделав еще один неуверенный шаг, рухнул на снег.

Стоя на мостике, Байер окончательно окоченел, но в кабину не возвращался, боясь что станция примет это за неповиновение. Всё лучше чем вот так — думал он, глядя на безумную атаку штурмовиков. Видимо слишком много кислоты сожрали, — другого объяснения у него не было. Он хоть и знал обоих водителей, но только так, шапочно. За пультом «Палача» офицер Вайт из последнего пополнения, а второй машиной рулит молодой Конти, только в этом году получивший нашивки пилота. Ни про одного, ни про другого Байер не мог сказать ничего особенного, такие же как все, разве что Конти высоченный как каланча, да со шрамом через всю морду. Поговаривали что это его папаша родной так в детстве пометил, чтобы в яслях не перепутать, но Байер в это не верил, слишком фантастичной ему эта версия казалась.

Про Вайта ничего похожего не слышал, обычный, такой же как все. Дослужился до офицера, хотел на пенсию уйти, но волна новая началась, не отпустили. Поэтому, глядя сейчас как эти двое настырно ищут смерти, Байер недоумевал, не понимая зачем им это нужно.

«Вандала» добивали долго, со всех сторон и из всех орудий, а он упорно не хотел умирать. По моим расчётам сил на полноценные щиты у него уже не было, но из тех что оставались, ящер очень грамотно выжимал последнее, и отражал почти все наши атаки.

Маневрировал, как мог уходил от ракет, крутился на одном месте, подставляя те места, где ещё осталась хоть какая-то броня. Наверное, хватило бы его ещё надолго, но всё закончилось точным выстрелом Эдика.

Выпущенный его «Снайпером» лазерный луч, влетел чётко в кабину, и испарив всё её содержимое, вышел с другой стороны.

Как ни крути, а это победа. Пусть и временная — в то что нас оставят в покое, я не верил, но уж какая есть.

Отдав команду основным силам вернуться на территорию станции, — а на добивание вышли почти все, увёл «Пересвета» в укрытие, и «выселив» из кабины последнего оставшегося у нас лёгкого шагохода, парнишку-щитовика, занял его место.

— Куда? — спросил водитель, такой же пацан. Хмурый от того что не удалось поучаствовать в перестрелке, он из-за всех сил старался выглядеть взрослее, но получалось это у него откровенно плохо.

— Тебя как зовут? — в голове вертелось что-то, — Славик, или Стасик, точно не помнил, забыл в суматохе.

— Илья. — чуть обиженно ответил пацан. Я бы тоже обиделся на его месте, если б командир забыл моё имя, поэтому поставил «галочку» выучить имена всех своих подопечных, тем более что осталось их не так чтобы и много.

— Значит так, Илюха… Давай сейчас по прямой к самой дальней машине, только не торопись, быстро не надо.

На самом деле скорость не важна, расстояние до сдавшегося ящера «никакое», но парень так кособоко водит, что завалить робота на ровном месте будет для него плёвым делом.

— Принял. — так же серьёзно кивнул он, потом хотел ещё что-то спросить, но сдержался.

А я уже полностью погрузился в раздумья. В том что в «моё» время таких машин у ящеров не было — мог поклясться. То что сам не встречал, это ладно, — планета большая, могло и не повезти, только ведь и в «каталогах» не видел, а туда заносили всё что хоть раз было замечено.

Несомненно штурмовой класс, вес точно не определить, но минимум восемьдесят пять тонн. Судя по вооружению, машина ближнего боя, что-то вроде «Атласа», или «Чёрного Волка». Восемь пушек — в руках как минимум сотки, на корпусе две пары восьмидесяток. Плечо украшает ракетная установка на четыре пусковые, вероятно так же ближнего радиуса действия, рядом торчит система противоракет, крупнокалиберный пулемет, и что-то непонятное, внешне похожее на царь-пушку в миниатюре. Короткий ствол, калибра не скажу какого, но большого, двести пятьдесят, а то и все триста миллиметров. По бокам наросты, тоже не ясно для чего, и вся эта тема намертво прикручена к плечу робота. То есть стреляет только в том направлении куда «смотрит» его корпус.

— А зачем нам туда? — всё-таки не сдержав любопытства, спросил Илья.

— Надо. Не стал я вдаваться в подробности.

Чужая машина стояла немного боком, поэтому мостика видно не было, но уверенность что водитель так и торчит там подняв руки, не покидала меня. Глупо, конечно, но как есть.

Лёгкий робот — а это был «Ягуар», двигался неровно, рывками. Парнишка понимал это, ещё больше нервничал, чем только усугублял свою неуклюжесть. Я видел что он старается из-за всех сил, но отсутствие опыта, плюс толком не настроенный нейрошлем, делали своё дело.