Не ответить тоже нельзя. Едва подношу телефон к уху, как слышу требовательный, раздраженный голос парня:

— Бейб, ты где? Я уже полчаса на соседней улице торчу. Тащи свою попку скорее!

— Макар, у меня ЧП.

— Че-че у тебя?

— Я поранилась и не смогу пойти на вечеринку.

— Поранилась?

— Упала очень неудачно. Может, приедешь? — спрашиваю с надеждой.

— Зачем?! — удивляется он. — Смотреть на твои битые коленки?

— Вдруг у меня кое-что посерьезнее? Перелом или вывих?

— Тогда вызови скорую, Соня. Я в этом деле не помощник.

Ахаю. Как можно быть таким козлом?

Парень усердно клеился ко мне, но как только узнал о неприятностях, сразу смылся.

— И вообще, знаешь, по голосу не похоже, что у тебя стряслось что-то, — продолжает Макар. — Я сделал из-за тебя такой крюк, приехал в эту дыру… Ты че, динамщица?

— Я не такая.

— Динамщица! — повторяет Макар. — Понятия не имею, в какие игры ты играешь, бейб, но меня, Соколова, лучше не разводить. Себе дороже, — в последних словах Макара мне почудились нотки угрозы. — Так ты едешь, бейб? Или не едешь? Если едешь, у тебя еще три минуты!

— Не могу! — говорю со слезами. — Я реально не могу.

— Ну что ж. Тогда пока. Заеду за Кирой, она так, как ты, не кидает.

— Кира? — от возмущения чуть не подавилась. Эта Кира переспала со всеми парнями… — Но ты же хотел пойти со мной!

— Перехотел. Чао, Ставрина!

Пипец… Еще и по фамилии назвал. Точно между нами все кончено, а ведь Макар — еще самый нормальный из тех парней, кто оказывает мне знаки внимания. Но и он потерян. Из-за Демьяна!

Я яростью подлетаю к окну. Демьян прибирается под деревом, собирает спиленные ветки, потом тащит бензопилу обратно в гараж. Со злостью смотрю на его широкие, мускулистые плечи. Обязательно быть в такой хорошей форме, привлекательным даже с бензопилой?!

Задергиваю шторы плотнее.

Злая настолько, что решаю даже позвонить сестре. Снова! Хотя мы сегодня уже разговаривали, но пусть она знает, чем промышляет ее папаша и уговорит его не лезть в мою личную жизнь.

Дозвониться до Алины непросто, но потом, когда я слышу ее вальяжный, томный голос, услышала кое-что еще — приглушенную музыку на заднем фоне, мужские голоса.

Значит, сестра не скучает. Более того, она не сидит в номере санатория, веселится в баре!

— Соня? Говори, что хотела или ты там уснула?

— Привет, Лин. Уснешь, как же. Когда по дому шныряет твой папаша!

— Он там? Какой молодец, — посмеивается Алина.

— Зачем ты попросила его смотреть за мной? Я взрослая!

— Все просто, малыш. Потому что меня нет, а ему просто жизненно необходимо о ком-то заботиться!

— Не понимаю! Я сама могу о себе позаботиться и ты это прекрасно знаешь.

— Так дело и не в тебе, Сонь. Дело в нем.

— В твоем папочке?

— Угу… Не хочу, чтобы он чувствовал себя ненужным.

— Знаешь, мне на его чувства плевать! Так о нем печешься, вот бы и полетела вместе с ним на отдых.

В ответ Лина булькает изумленно, как будто коктейлем едва не поперхнулась.

— Демьян появился в нашей жизни совсем недавно, но я хочу, чтобы он задержался в ней как можно дольше, — говорит Лина. — И ты мне в этом поможешь!

— Я?!

— Пока меня нет, он будет заботиться о тебе. Нельзя позволить ему соскочить с роли папаши, в котором нуждаются! — неожиданно цинично говорит Алина.

Проглатываю ее слова изумленно. Когда Алина практически с первого же дня начала сюсюкаться со своим отцом, я заподозрила неладное, ведь она совсем не такая наивная и добренькая. Но потом… поверила, что ли? Поверила в ее чувства и желание родства, поверила в искренность! Неужели зря?