– Ладно, ладно, я понимаю. Ты работаешь. Но как ты сама? Ты выглядишь уставшей.

– Всё нормально, просто много задач, – ответила Лея, стараясь уйти от темы.

– Ты хоть питаешься нормально? Или опять сидишь на сухариках?

– Мам, это называется рацион для космических станций, – попыталась пошутить Лея.

– Конечно. Но ты понимаешь, что работа – это ещё не всё? Ты там хоть с кем-то общаешься?

Лея почувствовала, как раздражение начинает нарастать.

– Мам, сейчас не самое подходящее время.

Мать замолчала на мгновение, а затем мягко сказала:

– Лея, я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Ты сама видишь, эта работа делает тебя несчастной.

– Это не так, – твёрдо ответила Лея, чувствуя, что разговор нужно завершать.

Элла наклонилась ближе к камере, внимательно глядя на дочь.

– Ты выглядишь уставшей, – заметила она. – Снова работаешь ночами?

Лея вздохнула, но старалась не показывать раздражения.

– Ты же знаешь, как это бывает. Особенно здесь, на станции.

Мать тяжело вздохнула, но улыбка не исчезла с её лица.

– Ты вся в отца. Он тоже мог работать сутками, забывая поесть. – Она сделала паузу, затем мягко добавила: – Он бы гордился тобой, знаешь?

Лея почувствовала, как что-то внутри сжалось. Она отвела взгляд, устремив его на экран с пульсирующим сигналом. Мелодия продолжала звучать в её ушах, как фоновое напоминание о чём-то важном.

– Не уверена, – пробормотала она. – Он наверняка бы сказал, что я трачу время впустую.

– Не говори так, – с лёгким упрёком произнесла Элла. – Ты знаешь, как он любил звёзды. Ты пошла по его стопам, Лея. И это прекрасно.

Молчание повисло между ними. Лея вспоминала отца: его голос, полный энтузиазма, когда он объяснял ей строение галактик, и тёплые серо-голубые глаза, которые загорались, стоило ему лишь взглянуть на звёздное небо. Его почти пепельные волосы, чуть растрёпанные ветром во время их редких семейных походов, всегда казались ей такими же мягкими и успокаивающими, как его манера рассказывать о далёких мирах.

Она вспоминала, как он брал её с собой на наблюдения раскладывая телескоп на вершине холма. Они часами сидели на траве, укрывшись одеялом с термосом горячего чая, и он показывал ей созвездия, рассказывая мифы, связанные с ними. Иногда они просто лежали в тишине, пока он шепотом рассуждал о тайнах Вселенной, а она слушала, затаив дыхание. Эти воспоминания были её радостью и болью одновременно.

– Ты всё ещё ищешь, да? – мягко спросила мать. – Всё ещё надеешься найти что-то там, среди звёзд?

Лея кивнула, её голос задрожал, но она всё же ответила:

– Иногда мне кажется… будто я слышу его голос. Не буквально, конечно, но… – Она замолчала, боясь показаться глупой.

Элла посмотрела на неё с теплотой, в которой не было ни капли осуждения.

– Ты всегда слышала то, что другие не замечают, – сказала она. – Это твоя особенность. Но, милая, не забывай о себе. Ты не должна доказывать всему миру, что достойна его памяти.

Слова матери задели Лею глубже, чем она ожидала.

– Это не только ради него, мама, – тихо, но твёрдо произнесла она. – Иногда я думаю, что мы не одни. Что кто-то там смотрит на нас и ждёт, пока мы их услышим.

Элла улыбнулась, её голос стал почти шёпотом:

– Ты всегда была особенной, Лея. И я горжусь тобой, как гордился бы и он.

Когда звонок завершился, Лея долго сидела одна. Её взгляд оставался прикован к экрану, где пульсировали волны сигнала.

Отец всегда говорил, что звёзды хранят ответы на наши самые важные вопросы. Лея знала, что он хотел бы, чтобы она продолжила искать, несмотря ни на что.

– Папа, – прошептала она, проводя пальцами по сенсорной панели. – Это могло бы тебе понравиться.

В её глазах блеснули слёзы, но она их быстро смахнула. Сейчас не время для слабости. Сигнал продолжал звучать, словно звал её вперёд.

Лея сидела за рабочим столом, погружённая в анализ данных. Свет экранов отражался на её лице, а холодный кофе в пластиковом термостакане оставался забытым. В ушах звучала мелодия, полученная из сигнала, вызывая странное ощущение, будто она откликается на неё.

Внезапный звук шагов вывел её из размышлений. Она обернулась и увидела, как в дверях лаборатории появился Питер. Он держал в руке свою неизменную кружку с кофе, а на губах играла знакомая полуулыбка. Его светлые волосы были слегка растрёпаны, а на рукавах формы виднелись следы машинного масла.

– Ты выглядишь так, будто не спала всю ночь, – сказал он, привалившись плечом к дверному косяку.

– Привет, Пит, – коротко ответила Лея, возвращаясь к экрану. – Просто много работы.

Он хмыкнул и поставил кружку на край её стола.