— … Какой неожиданный, но всё-таки приятный сюрприз. Вы не представляете, как же я рад наконец-то увидеть хотя бы одно разумное существо в этой звёздной системе, которое желает заниматься дипломатией, а не бессмысленным, ненужным и, откровенно говоря, безынтересным кровопролитием. И хоть оно было довольно занимательно в начале, но сейчас опустилось до простого и тратящего наше время ожидания. Но, признаюсь, мне понравился ваш метод, с помощью которого вы расправились от розового выскочки. Он был слишком шумным и раздражающим индивидом… Но в любом случае, я, Дранк Великий, рад вас видеть.

Стоило прибору заработать, как мы сразу же попытались установить контакт с орочьим флагманом. И хоть я никогда раньше не видел зеленокожих ваивод, но представлял их… не такими.

Гигантский орк, всё тело которого кроме головы было заключено в огромную стальную броню, статно сидел на гигантском троне словно какой-то король. Но больше всего внимания привлекала металлическая антенна, выходящая из его правого виска, которая слегка подрагивала, когда он говорил.

А ещё у него очень странные глаза. В них отсутствовала типичная для орков злость и агрессия. Только два красных глаза, в которых не было ни единой эмоции кроме уверенности в себе и своих силах. Этот орк просто казался каким-то неправильным. И то, что он ответил мне на чистейшем высшем готике, лишь подтверждало мои мысли.

— Я тоже рад, что есть кто-то, желающий сначала говорить, и только затем действовать. И тоже выражу восхищение — то, как вы расправились с силами Люция было просто невероятно. Редко можно встретить разумного, столь талантливого в военном деле, — уже на чистом орочьем ответил я.

Да, Магнус знал и этот язык, к счастью, не изменившийся за тысячи лет. Как-никак, понимание его буквально у орков в крови.

Орк нисколько не изменился в лице, слушая меня, и судя по нему было в принципе не ясно, в состоянии ли тот испытывать эмоции. Казалось, он способен только анализировать угрозу и затем устранять её.

— Уверен, мы ещё долго можем высказывать друг другу восхваления, однако наш срок в этом мире, к сожалению, не вечен, поэтому предлагаю сразу же перейти к более деловому разговору. Подозреваю, что, как и я, вы также уловили ультиматум представителя ложного бога войны, и, судя по вашей реакции, вы не собрались сражаться с ним лицом к лицу. Скажу честно, даже рад тому, что вы отказались от этого предложения, так как идти на поводу марионетки рабов было бы верхом идиотизма, — ответил орк, во взгляде которого появился небольшой огонёк интереса.

— Всё верно, — кивнул я. — Человечество и орки ведут войну практически с тех пор, как люди поднялись в небеса и стали бороздить космические просторы. Наше противостояние, если в него не вмешаются посторонние силы, скорее всего будет идти вечно. И даже если Империум падёт, мириады человеческих миров останутся, чтобы продолжить войну. Но Хаос — это угроза другого рода. Она разрушительно по своей природе и после неё не остаётся ничего нетронутого её тлетворным влиянием. Я считаю, что как представители одних из доминирующих видов в галактике, мы должны объединиться перед угрозой такого уровня.

— Хмм…

Стоило орку наклониться, как скрип металла царапнул по ушам. Ваивода задумчиво смотрел на меня, сложив вместе металлическую руку и гигантскую клешню. По его лицу мало что можно было понять, кроме того, что лидер зеленокожих о чём-то задумался. Настолько глубоко, что тишину он прервал только через пять минут.

— В отличие от розовых рабов проклятых сил, рабы ложного бога войны могут стать достойными противниками. Пока что мы не встречались с ними на поле боя, но я многое… подчерпнул, общаясь с духами, — нахмурившись проговорил Драунк. — Кхарн Неблагонадёжный хороший воин и неплохой лидер, но его стратегия слишком примитивна. Разбить его самого, скорее всего, не смогу даже я. Но вот его флот, если их лидер будет чем-то занят — без особых проблем. У меня уже есть несколько идей, как разобраться с ним и опробовать несколько новых тактик. Разумеется, остатки его флота и всё содержимое их трюмов перейдёт к нам, так как вы всё равно не сможете ими воспользоваться. Соответственно, я предлагаю такую сделку — вы отвлечёте Кхарна и его флагман, пока мы возьмём на себя его остальной флот. После этого даже не буду мешать вам покинуть систему — приватизация полученных ресурсов займёт нас на довольно продолжительный срок…

Голос орка был размеренным и лишённым эмоций, отчего казалось, что я с ожившего когитатора слушая. Ну а его речь — это что-то с чем-то. Он говорил, говорил и говорил… Бесконечно, постоянно вплетая сложные термины и, казалось, ему просто нравилось рассуждать.

Но спустя минут пять подобного витиеватого монолога он всё-таки остановился и посмотрел на меня, ожидая ответа. Вот только он был очевиден.

...

— И это святой вашего вида?! Спаситель рода человеческого? Тот, кто испугался сойтись в битве как настоящий воин! Чтоб ты знал, так твой Император презирал подобных тебе и давил их жёстче, чем самых жалких жуков! В отличие от тебя, я действительно видел Его и проливал с ним кровь тех, на кого он указал!..

Несмотря на то, что Кхарн был очень старым и закалённым космическим десантником, эмоционировал он особенно ярко, когда понял, что выходить и сражаться с ним в открытую я не собираюсь. Буквально орал в вокс-связь, чтобы все слышали, размахивая топором в сторону звёзд и плюясь оскорблениями во всех и вся, пока его воины молча стояли на поверхности мёртвого спутника и смотрели на своего лидера.

Я же больше даже не испытывал неприязни, из-за того, что решил избежать такой битвы. В Имматериуме Кхарн выглядел настоящей аномалией — чем-то недвижимым и неизменным, словно скала, созданная из чистого адаманта. Я не пытался влиять на него, но и так очевидно, насколько бессмысленным был бы этот процесс.