— Игнат, я с вами не на время, а до упора. Поэтому… спасибо за заботу, командир!

Мне стало любопытно, насколько серьезно это решение, и я рассказал, что именно им скормил. Жена радостно заулыбалась, назвала меня чудом и звонко чмокнула в щеку, а Уфимцева отзеркалила ее действия и… наехала. На меня. За то, что рисковал жизнью в одиночку!

— В этот раз я практически не охотился… — честно сказал я и озвучил легенду, проработанную на пару с Дайной. — Искал заимку, на которой, вероятнее всего, и провел месяц с лишним после уничтожения моего рода. А когда нашел, забрал из хранилища часть стратегического запаса Искр, чтобы повысить шансы на выживание, и теперь вкладываюсь во всю команду.

— Правильное решение… — грустно усмехнулась мелкая.

— Будь я на твоем месте, сделала бы то же самое. Правда, еще недавно я бы представила, какую безумную сумму ты мог заработать, продав эти Искры, и похолодела, но сейчас разум спит. А бодрствующему сердцу тепло…

— Умничка… — мягко улыбнулся я, перевернулся на спину, раскинул руки и за миг до того, как левую привычно оккупировала супруга, услышал нужный вопрос:

— Какие у тебя планы на сегодняшний день?

— Никаких: я страшно соскучился, набегался до умопомрачения и дико перетренировался. Поэтому полностью в вашем распоряжении и… объявляю мораторий даже на серьезные разговоры.

— Что, даже новую «Стихию» не осмотришь? — подколола Оля.

Я представил процесс перемещения своей тушки в гараж и обратно, понял, что не готов, и отрицательно помотал головой:

— Нет сил. Честно. Поэтому потерплю до завтра.

— Ты вот-вот проголодаешься… — предсказала Ира. — Но сидеть за столом тебе будет лениво, так что предлагаю два одинаково интересных варианта на выбор: вырубить все телефоны, набрать гору вкусняшек, притащить к тебе и расслабиться тут или затемнить стекла в ванной, утащить вкусняшки туда и поизображать медуз в теплой воде.

— Стекла нужно затемнить и тут… — как следует обдумав оба варианта, авторитетно заявил я. — А то яркое солнце напоминает о море и конце весны, а вставать с кровати мне лениво. Вкусняшки актуальны — голод уже проснулся. А в джакузи, если вы не против, можно перебраться попозже.

Света умчалась, было, за МТ-шкой, но «подруга семьи» поймала ее за руку и отправила ко мне:

— Порадуй, вон, лучше Игната. Теплом и лаской. А я затемню стекла, построю андроидов и вернусь.

Девчонка послушалась — легла на «свободное» плечо, без какого-либо стеснения вжалась в бок, опустила предплечье мне на грудь и вздохнула:

— Делиться лаской пока не умею. А тепла во мне навалом: я безумно рада, что ты вернулся и что у тебя получилось все задуманное, счастлива лежать рядом с вами и млеть от ощущения абсолютного спокойствия, предвкушаю целый день безделья в самой уютной компании во Вселенной и… жажду хоть как-нибудь выплеснуть переполняющие меня чувства!

— Ребенок. Но теплый, ласковый и страшно недолюбленный… — буркнул БИУС в правое ухо, и я мысленно согласился со всеми этими утверждениями. А Оля дотянулась до «ребенка», потрепала по голове и заставила зажмуриться от удовольствия. В этот момент в спальне плавно потемнело, моя благоверная озвучила приказ, игнорировать который было бы кощунством:

— Переворачивайся на живот и подставляй спину — будем тебя мять…

Перевернулся, подставил, какое-то время побалдел от массажа двумя парами не очень умелых, зато невероятно старательных и нежных ладошек, дождался прикосновений третьей пары, точно знавшей, что и как надо делать, полностью растворился в ощущениях и… отъехал. А «через миг», вернувшись в сознание, обнаружил, что дрых не один — на левом плече сладко спала жена, а на правом — мелкая.

Ира тоже была рядом — лежала, обнимая Уфимцеву за талию, и, вроде как, тоже видела сны. Но стоило мне открыть глаза, как в правом ухе раздался хмурый и очень тихий голос:

— Для начала не шевелись — разбудишь девчонок. А им, судя по улыбкам на лицах, снится что-то очень хорошее. Далее, появились новости, которые на завтра не отложишь…

Я скосил глаза на камеру и вопросительно шевельнул бровями.

— Не знаю, помнишь ли ты пословицу «Сделай добро и брось его в воду», но сегодня сработала именно она: минут сорок тому назад к тебе постучалась Софа. С телефона какого-то прохожего, которому она заплатила денег за один звонок…

Я нахмурился и получил ответ на незаданный вопрос:

— Девочка — не дура, поэтому придумала причину выехать в Павловск и нашла «прохожего» в торговом центре!

Я состроил виноватое лицо, и Дайна успокоилась:

— Так вот, она, если ты не забыл, прибилась к семье одной из теток Светы. И настолько хорошо выполняла полученные обязанности, что к ней привыкли. Как к старому, испытанному временем слуге или… предмету мебели. Вот и перестали в ее присутствии держать язык за зубами. А теперь вдумайся в то, что она услышала и передала тебе. Итак, одним из аргументов, с помощью которого дед Светы пытался вернуть взбрыкнувшего старшего сына в стойло, была угроза лишения статуса наследника. Валерий Константинович уперся и заявил, что дочь для него важнее любых статусов. Что страшно обрадовало его младшего брата, Дениса Константиновича. И последний очень быстро свыкся с мыслью, что наследовать нынешнему главе будет именно он. А вчера днем у главы рода внезапно сложилась чертовски интересная картинка — он узнал, что опальный сын не просто завален разовыми заказами от новых клиентов и подписал контракты с двумя крупнейшими автоконцернами Империи, но и был пожалован статусом Поставщика Двора Его Императорского Величества. Упускать настолько жирные куски пирога Константин Федорович не захотел и решил сменить гнев на милость. То есть, простить перспективного дурачка и убедить поделиться настолько серьезными связями. Все бы ничего, но это очень не понравилось младшенькому, и он устроил отцу форменную истерику.