Занимались добросовестно, без дураков, поэтому эдак через полчасика я сделал перерыв и помог им почувствовать на себе основные ошибки. А потом загрузил отработкой хватов руками. В итоге к концу тренировки напрочь забил им предплечья и немного стер кожу на подушечках пальцев. Но при наличии регенерации последнее не пугало от слова «совсем», так что в какой-то момент я сообщил, что занятие закончено, и… показал мастер-класс, «пробежавшись» по трассе четвертый раз за утро в достаточно сложном режиме.

Напарницы впечатлились по полной программе, поэтому по дороге к душевой трещали, не переставая. А там Оля догадалась до самого важного вывода:

— Если я правильно помню вчерашний спуск, то веревки обнаружились значительно ниже верхнего края расщелины. Получается, что нам надо как можно быстрее освоить базу и научиться уверенно преодолевать «голый» участок в любое время суток, в любую погоду и в любом состоянии, верно?

— Верно… — подтвердил я, вспомнил, что мы собирались начать раскачку иммунитета к навыкам Воздуха, и легонечко пошатнул благоверную оплеухой, приложенной к спине.

— Намек поняла! — деловито сказала она, ненадолго задумалась, а затем лукаво улыбнулась и… показала в разы более волнительную «альтернативу», чуть-чуть приподняв подпоркой свою грудь!

— Не шали! — грозно потребовал я. Увы, скрыть смешинки, появившиеся во взгляде, видимо, не смог, и эта оторва радостно заверещала:

— Свет, смотри, как правильно раскачивать сопротивления к Воздуху!

Как и следовало ожидать, мелкая, уже успевшая влезть под душ, сразу выглянула из кабинки, оценила продемонстрированную «технику», повторила на своем бюсте и… сокрушенно вздохнула:

— Воздействием на саму себя иммунитет не наработаешь. Значит, надо прикладывать подпорки к любимым подругам. К примеру, вот так…

Увидь я, как Уфимцева «приподнимает» грудь моей жены, наполовину высунувшись из-за скальной перегородки, еще накануне вечером наверняка выпал бы в осадок. Но в режиме «Носорога» это казалось вполне нормальным, так что я определился с нужным углом и силой воздействия, шлепнул мелкую хулиганку оплеухой по «ближней» ягодице и помог «мыслительнице» сделать еще один «логичный» вывод:

— А что, тоже вариант. К примеру, тогда, когда я далековато, а душа жаждет доставить мне удовольствие!

— Болтушка! — улыбнулся я, свалил в свою кабинку, снял трусы, метнул на полку, повернул каменную пластину, шагнул под струю воды и с большим удовольствием присоединился к шуточной грызне между девчонками. А они, напрочь отпустив тормоза, отрывались и во время водных процедур, и по пути к пещере для медитаций, и во время завтрака. Зато после того, как пустые пищевые контейнера отправились в мешок с мусором, посерьезнели и заявили, что готовы к тренировке.

Я сдвинул матрас в один из углов, попросил Олю достать коврики для медитаций, показал, кому куда садиться, и поставил первую боевую задачу:

— Поднимаем воздушные стены на десять часов от себя, безостановочно восполняем Силу по мере проседания ее объема и «сидим» на восполнении резерва. При этом я пытаюсь продавить одной пополняемой оплеухой твою стену, Света, ты — Олину, а ты, Оля — мою. В то же самое время я легонечко воздействую постоянно обновляемыми оплеухами на тебя, дорогая, ты прокачиваешь иммунитет к Воздуху Свете, а она, соответственно, мне.

— Ну да, логично! — пробормотала Уфимцева, представив описанное. Если я поверну стену к тебе, то «хлопать» меня по плечу будет удобно Оле.

— Верно. Кстати, солнце, учти, что у нас двоих стена только-только появилась и, мягко выражаясь, пока никакая.

Девчонка коротко кивнула, и я добавил еще две фразы:

— Работаем ровно час. Начали…

Следующий час выкладывались до предела в описанном режиме. Потом я дал девчатам немного отдохнуть и усложнил задачу:

— Теперь добавляем еще один уровень воздействия — в промежутках между касаниями слабых оплеух всаживаем в защитные покровы атакующие умения. Мы с Олей — воздушные лезвия, а ты, Свет — воздушные кулаки.

— Это будет жестко… — предсказала моя благоверная, дождалась команды поднимать стены, со всей дури «надавила» на мою и принялась шарашить по подруге то постепенно усиливающимися лезвиями, то слабыми оплеухами. Я тоже не бездельничал… Хотя нет, не так: это сочетание упражнений требовало безумной концентрации внимания. Чтобы не вложиться в «слабую» оплеуху и не воткнуть мелкую в стену. Так что я сосредоточился только на том, что делал сам, и выпал из жизни на очередной час.