Я смотрела на Сашу и думала, какую бы карту она загадала. Она казалась веселой, компанейской девушкой, любящей обниматься и болтать. И она загадала ассоциацию на«любовь». Парни скривили носы, отпустили пару шуточек о нашей, девичьей ванильности и положили загаданную карту. У меня, как мне кажется, не было подходящей карты, поэтому я положила смешную карикатурную рожицу. Когда все отдали по одной своей карте и пришло время искать карту ведущего, я положила своего синего слона, как мне казалось под нужной картой, но я ошиблась. Она выбрала карту с изображением кита, парящего в небе. Как не странно, больше половины угадали, но не я. Кто-то, по-большей части девочки, относились к игре серьезно и старались загадывать интересные ассоциации. Парни же загадывали разный бред, типа «огрызок», «обои», «хет-трик» и, конечно же, звезда вечера – Шлепа, загадал ассоциацию «барабанная дробь». И, нет, я не шучу. Именно так и было. Определенно, этого парня можно было назвать заводилой. Он весь вечер не затыкался, создавая легкую, веселую атмосферу. Даже Олька сдалась и в какой-то момент начала подхватывать его шутки и строить глазки. От этой картины наши с Ленкой глазки чуть не вылетели из орбит.

Игра продолжалась и с каждым кругом я все больше и больше чувствовала себя здесь лишней. Взять пример с моих подруг и расслабиться полностью у меня не получалось, поэтому во время игры, я чувствовала легкое напряжение.

– Лиси, твоя очередь загадывать, - сказал мне Марик.

Я не хотела в очередной раз что-то загадывать, потому что знала, что, скорее всего, мало кто отгадает мою карту и, по неведомой мне причине, это наводило на меня тоску. Я была здесь черной кляксой на белом листе. Как будто мне здесь было не место, но я не хотела портить праздник брату, поэтому, выдохнув, я посмотрела на свои карты, положила одну из них рубашкой вверх:

– Одиночество.

Знаю, слишком банально. Но это именно то, что я сейчас чувствовала. Это было, по крайней мере, честно.

Парни начали, как обычно кричать, что у них есть такая супер подходящая карта и заверять, что мою точно никто не угадает.

Когда все отдали по карте, я перевернула их картинкой вверх. Были те, которые можно приписать к одиночеству, но были и картинки, которые я бы под эту ассоциацию точно не выбрала.

– Это моя, - я указала рукой на картинку с двумя домами, растущими на дереве. На одном сидел один человек, а другой человек рядом со вторым домом смотрел вдаль, словно кого-то ждал.

Мою картинку выбрала только Саша. Даже Марик ее не нашел. Он выбрал картинку с разбитым сердцем в руках у девочки. Я понимала почему. Я чувствовала себя также много месяцев и, возможно, будь у меня эта карта именно ее я бы и положила. Она идеально бы мне подошла.

– Лис, ты следующий.

До сегодняшнего дня я не слышала, чтобы кто-то называл Алексея Лисом. Это логично, ведь его фамилия Лисовский и парни часто дают друг другу клички по фамилии. Но для меня это было странно, словно я впервые сегодня увидела этого человека, узнала его буквально несколько часов назад. Тетя Лена звала его Алексеем или сынок, Ваня и мелкие Алексом. Моя мама иногда называла его Лешенькой. Марик Леха, иногда Леший. Все это было так странно.

– Покой, - сказал Алексей и положил карту рубашкой вниз.

– Ну, ты и чудила, мен, - сказал Шлепа. – Покой нам только снится.

У меня не было подходящей карты для этой ассоциации, поэтому я хотела положить первую попавшуюся, а потом увидела карту с розовым облачком на ночном небе, оно напомнило мне мою комнату и я положила ее. В детстве это было мое убежище от целого мира.

Когда Алексей перевернул карты рисунком вверх, выбор оказалось сделать сложно. Для каждого покой ощущается по-разному. Мое внимание зацепилось за карточку с карикатурным изображением рыжей собачки и я положила своего слона рядом с ней. В детстве мы с Марком хотели собаку, но родители были против и нам так и не удалось их уговорить. Но я пообещала себе, когда у меня будет возможность, а ее заведу.

Я угадала карту Алексея. Точнее, я, Марк и Саша. Она вообще очень точно попадала в цель со многими, видимо, она хорошо знала ребят или была проницательным человеком.

– Чем дольше мы играем в эту игру, тем больше мне хочется вздернуться, - сказала Саша спустя некоторое время. – Скукотаа смертная. Давайте во что-нибудь повеселее.

– Во что, например? – оживилась Мия.

– В бутылочку! – предложил Шлепа.

Саша закатила глаза.

– Тебе что, 5 лет?

Вокруг все засмеялись.

– Правда или действие? – предложила Лена.

– Фу, это клише, - сморщила носик Саша. – Как насчет в карты, на раздевание?

– Ну, это, несомненно, верх оригинальности, - ухмыльнулся Алексей, за что тут же получил тычок локтем под ребро от Саши.

– Нас слишком много, - сказала Оля.

– Разобьёмся на пары, - пожал плечами Андрей. Казалось, его совсем не беспокоил тот факт, что Саша или он сам могут остаться голыми.

Все одобрительно загудели и принялись делиться на пары. Мне совсем не хотелось играть в эту игру, да и я устала. Сегодня был долгий, насыщенный моментами и эмоциями день. За эти несколько часов столько осознаний пришло ко мне, что, несомненно, их нужно переварить. Я встала со своего места.

– Спасибо всем за то, что пришли и за ваши поздравления, - в этот момент я перевела взгляд вниз, на Алексея, на что он только еле заметно пожал плечами. – Я устала и пойду к себе.

– Ууу, слабак, - показывая палец вниз, загудел Шлепа. – Тебе же 18 исполнилось, а не 80!

Мия отвесила ему подзатыльник, а затем улыбнулась мне. Я послала ей ответную благодарную улыбку. Саша поднялась и заключила меня в крепкие объятия:

– Классная футболка, - сказала она мне на ухо. – Носи ее почаще.