Три же остальных легиона, расквартированных в Дыре и Гахагане, займутся тем же самым, но с тем, что останется после полного переформирования «Славы Дутура», так как сходу на все это просто не было достаточного количества ресурсов.

Думаю, из моей затеи выйдет толк, тем более что в обмундировании и вооружении мы сейчас стеснения не испытывали, хе-хе. Да, орденская броня для Бесов была чем-то совершенно не знакомым, но вшитые в подкорку мозга воинские умения, помогут быстро освоиться с новвоведениями. (Увы, использование захваченных рыцарских дакири пока не представлялось возможным. Эта хрень была совсем не так проста, как казалась. Саня назвал их «гелиотивным магическим биоконструктом» и я с удовольствием нагрузил его задачей по поиску пути применениях брони для наших нужд).

Но были и серьезные проблемы. Увы, качество моих воинов резко упало. Новопризыванные Бесы не могли связать и двух слов.

Кроме того я сформировал три эскадрона (как я их теперь решил называть) бобиков по полсотни рыл в каждом. Туда вошли Гончие из бывшего отряда Сидраха, из отряда Барбоссы и приписанные к «Гахагану-1» собачки. Они получили наименование «Красный», «Синий» и «Зеленый», а «Серый» я ограничил численностью в полсотни всадников. «Синий» приписал к Дыре, а «Красный» и «Зеленый» к Гахагану. Таким образом, я получил мощные маневренные ударные соединения. Настоящя «сила длинной руки»! Которая за ночь может покрыть сотню километров и обрушить на врага чудовищный вал розового клыкастого прибоя! Страшная мощь по меркам равнины.

Ну и наконец, Рыцари. Я призвал им недостающих Скакунов и довел их число до 30, назначив нового командира — мордоворота по имени Шанге. А получившийся эскадрон, не раздумывая, назвал «Галил». Мрачные ублюдки станут моей «наполеоновской гвардией», которой я буду крушить врага там, где увижу слабое место.

Все эти дела заняли почти весь день. Солнце уже коснулось горизонта, когда я уселся на балконе Убежища вместе с Шулевиком, активно помогавшему мне со всеми этими пертурбациями.

— Ну и денек… — пробормотал я, прихлебывая гавачье молоко. Раньше я мог остужать его, отправляя вместе с Шариком на изнанку мира, но, увы, мой друг сгинул, канув в лету. К Одноглазому и Галилу прибавился еще один верный боевой товарищ. Раненный Зухар же все еще цеплялся за жизнь, валяясь в бреду в Гахагане. Днем, в Дыру заглядывал Гарей и сказал, что его шансы 50 на 50.

Рядом лежала стопка исписанного пергамента, посвященная расчетам количества амуниции на легион и обобщенными планами того что я пафосно называл «экономика». Я задался целью понять, что мы можем производить и чем и с кем мы можем торговать. А у ног крутился зомбикотик, то настойчиво потирая спинку о мою ногу, то убегая в Тронный зал, словно заманивая играться в свои кошачьи игры.

— Угумс… — ответил Шаман, а ныне Управляющий крепостью. — Но мне все более кажется, что мы делаем что-то не то…

Я вскинул брови, хотя и ждал подобного замечания. С каждым часом Шулевик становился все более задумчивым.

— Это почему это?

— Гм… Мы пытаемся построить крышу, вместо того, чтобы начать с фундамента.

Вот как. Черт подери, честно говоря, я ожидал бузаров о Зоге… Но… А ведь и в самом деле! Я пытаюсь решать все более сложные задачи, что возникают по мере роста моего протогосударства, затыкая зияющие дыры несколькими сподвижниками. И почему-то не озаботился наличием вменяемых инструментов для решения этих задач.

Твою мать! Да ведь мне просто нужен чиновничий аппарат! Старый добрый бюрократ с чернильницей на поясе! Инфраструктура власти, предлагаемая «Отбором» слишком куца и не может даже приблизительно обслужить все возрастающие потребности. Но вновь возникает вопрос: а где их взять?

— Вырастить, — сказал Шулевик, как видно последний вопрос я произнес вслух.

— Из кого? Из Бесов? Ха! Это даже не смешно!

— Быть может и из них… Но почему бы не попробовать из Шаманов.

Гм… А почему бы, собственно, нет? Эти парни существенно смышленее Бесов, а их предназначение само располагает к концентрации и работой мозгами. Толстопузые, похожие на Бесов-обжор хрены усваивали звуковую речь много быстрее простых воинов, уж не это ли признак интеллекта?

— Хитрый ты сукин сын, сколько подчиненных тебе не Призывай, тебе все равно мало? Хе-хе… — пожурил я Шулевика, а он и не думал отпираться. — Но мысль действительно здравая. Я Призову тебе десяток Шаманов, попробуй создать… не знаю, школу, что ли. А если приметишь особо смышленого Беса, то бери и его. Обучи речи, счету и грамоте. Как минимум они должны уметь писать письма и составлять приказы под диктовку. Посмотрим, что из этого выйдет.

Шаман кивнул, а я внутренне улыбнулся его наивной расчетливости. Я не мог не заметить роста честолюбия среди моих подчиненных. Кузнец здесь, конечно, перепрыгнул всех и вся, но и остальными постепенно овладевало желание возвысится и получить толику власти. Впрочем, пока эта тяга была под моим контролем — я не возражал. Наоборот, готов был поощерить, так как честолюбие — основа инициативности.

Но был еще один вопрос, который касался Шулевика.

— Ты видел Зога?

Вопрос был на самом деле очень принципиален. И даже не в том смысле, что видел или нет. А том, как прозвучит ответ.

— Нет, — просто ответил Шаман и в его голосе я не услышал сожаления.

И это было хорошо! Возродившийся бог не явился проведать своего собственного Верховного жреца?! Ха! Знаете, что это значит? То, что он не считает Шулевика своим перцем!

— Черт подери, кошатина, да дашь ты мне сегодня спокойно посидеть?! — вспылил я, когда Барсик вновь потерся о мою ногу и опять призывно побежал в сторону Тронного зала.