Плечи мои сами по себе передёрнулись, словно по голому телу просыпался колючий снег.

С магами я бороться совсем не готов. Перед ними просто безоружен. Правда, Глебов их пока не бросает против меня, предпочитает нанимать на стороне, чтобы к нему не вели следы, но это может измениться. Потеря из сейфа таких денег может кого угодно довести до срыва.

С другой стороны, если уж я бросил вызов, то должен как-то подкрепить свои слова. Неделя прошла, выкуп не внесен. Охрана поместья усилена так, будто ждут нападения целой армии.

Но мы пойдем, как сказал про старшего брата великий вождь пролетариата, другим путем. И этот путь Глебову-старшему ох как не понравится.

Дело в том, что только в Санкт-Петербурге у Глебова три огромных склада с продукцией его уральских заводов, там же четыре амбара с запасами зерна, скупил по выгодной цене и скоро отправит эшелоном на Урал. Из Германии прибыло несколько вагонов с французскими тканями, тоже ждут, когда сформируют собственный Глебовский эшелон.

Охрана складов более чем солидная: каменная ограда в две сажени высотой, а между оградой и зданиями складов днём и ночью прохаживаются вооруженные до зубов охранники, в руках ружья, всегда готовые к выстрелу, на поясах мечи, а сами по себе явно бывшие военные, выучку не пропьёшь.

К тому же, весь складской комплекс близь полицейского участка, ещё и два человека у ворот, проверяют въезжающие телеги и автомобили, ещё небольшой отряд бродит между складами.

Дрон добросовестно передал картинку склада сверху, потом зависал над каждым отдельно.

От такой охраны не укрыться и не защититься, но здесь ещё нет не только Нестерова, но даже Можайского, на небо из охранников никто и не посмотрит.

А дрон уже летит в режиме стелса, в лапах коктейль Молотова, хотя не совсем он самый, хотя принцип тот же. Я снабдил дрон тремя узелками, размером каждый с небольшую конфету, нужно только опустить их на крыши складов и можно улетать.

Через пару минут мокрый узелок высохнет, содержимое вспыхнет жарким огоньком и не затухнет, пока не выгорит полностью, а хватит минут на пять. За это время пламя охватит все три соломенные крыши.

Если я сумел из простого дрона-разведчика сделать дрона-переносчика мелкой мелочи, вон медальон Горчакова приволок, хотя чуть не разрядился по дороге из-за чрезмерной нагрузки, то почему не попробовать усилить ещё, на этот раз второй дрон? Хотя нет, начнем с первого, второй пусть пока останется простым разведчиком, а первый уже не дрон, а моя любимая ушастая мышка, ласковая и умненькая. Ну любим мы одушевлять не только животных, но и предметы, любим, странная черта человеков.

Когда Иван и Василий внизу остались решать, кому из них спать, а кому первому дежурить, я заперся в своей комнате и, стараясь не шуметь, дескать, баронет спит, обратился к зеттафлопнику.

Задача оказалась посложнее, пришлось глубоко копаться в настройках, чего никто из нас, обычных пользователей не делает. Но я, хоть и самый обычный, но в необычных условиях, рискнул залезть в опасный и очень нерекомендуемый для дураков Режим Разработчика, куда не советуется лезть вообще, это так, на крайний случай.

А какой может быть ещё крайнее? Сверяясь на каждом шагу с зеттафлопником, шесть часов потратил на апгрейд моей верной летучей мышки, уже так привык воспринимать первый дрон. Перво-наперво увеличил её подъемную мощь, уже перед рассветом она могла поднимать с пола меч и ножнах и на три минуты зависать с ним в воздухе.

Внизу что-то стукнуло, я увидел через три стены, как одно из багровых сердец переместилось из комнаты на крыльцо, это Василий, у него сердце чуть крупнее, чем у Ивана, и бьется медленнее, мощнее гоняя кровь за один такт.

— Успели, — пробормотал я тихо. — А сон… что сон?

Пока Тадэуш вез меня к Щели Дьявола, отправил второй дрон следить за Глебовым-старшим, сейчас смотреть некогда, пусть записывает, потом просмотрю в ускоренном режиме.

Первый мой дрон в облике крупной летучей мыши, что не мышь, а настоящая летучая лисица вида Pteropus giganteus, но пусть всё равно мышь, сидит на крыше авто, даже не щурится от встречного ветра. При скорости в тридцать верст в час это совсем не ураган, тоже записывает всё, на что смотрит, хотя просматривать нечего.

— Не слишком опасно, — спросил Тадэуш, — ходить одному?

— Это простенькая Щель Дьявола, — пояснил я. — Тут и одному заснуть можно. Но теперь у нас авто, отыщем посерьёзнее!

Он вздохнул.

— А чего отсюда уходить? Добыча хорошая. И уже понятная, с такой управляться легче.

На другой день дрон, примостившись у открытого окна, передавал в зеттафлопник картинку, а тот всё старательно записывает и складывает в копилку, как в кабинет к генералу Каратозову вбежал растрепанный Глебов-старший.