— Да, именно так, — я кивнула. — Но большего про эту ведьму я не знаю, — хотела добавить про сегодняшнее видение и таинственный портрет некой Шарлотты, но Гесвальд вдруг засмеялся.

— Нет-нет, милая леди! Вы явно что-то путаете!

Дилан тут же вмешался:

— Как она может что-то путать, если уж точно знает о своем проклятии больше вас?

— Простите, милорд, я же вовсе не это имел в виду, — тот даже руками замахал, мол, не подозревайте меня в пренебрежении, пожалуйста. — Тут ведь само дело в том, что проклятья так не работают. Я все же изучил их предостаточно, потому и говорю, что тут явно какая-то путаница.

— То есть? — что-то я пока ничего не понимала.

— Если проклятье родовое, то есть переходящее из поколения в поколение, — терпеливо пояснял Гесвальд, — оно может иметь лишь одно происхождение. Поймите, ни один маг со стороны, сколь бы одаренным он ни был, не способен наделить кого-то проклятьем столь сильным, чтобы оно протянулось на весь род. Создать подобное мог только один человек. Исключительно тот, кто и сам из этого рода. И никак иначе.

В первый миг мне даже показалось, что я ослышалась.

— Простите, но разве подобное возможно? Как вообще кому-то могло прийти в голову проклясть собственных потомков?!

Но Гесвальд развел руками.

— На это, милая леди, у меня точного ответа, к сожалению, нет. Тут только один возможный вариант, на мой взгляд. Есть в прошлом вашего рода некая мрачная тайна, нечто такое, что и вынудило кого-то из ваших предков подобное вытворить. Хотя, признаться, я все еще не понимаю, в чем именно ваше проклятье заключается.

— Во внешности, — хмуро пояснила я. — В резком изменении внешности в худшую сторону, причем в определенное время, при достижении восемнадцати лет. Я ведь не одна такая, есть еще моя родная тетя, тоже в свое время пережившая эту метаморфозу.

— Тетя? — у мага даже глаза округлились. Словно он и до этого не знал, как это ему столько счастья привалило, а теперь это счастье еще и удвоилось.

— Извините, но без ее на то согласия я бы не хотела, чтобы вы ей досаждали, — я очень старалась, чтобы прозвучало не слишком грубо.

Но, похоже, Гесвальд и без того не обиделся.

— Конечно-конечно, понимаю. Но вы все же спросите ее позволения. Все же с годами проклятье могло видоизменяться, и вдруг получится выяснить что-то, чего вы сами еще не знаете.

Я снова мельком взглянула на Дилана. Но тот, хоть и явно очень внимательно слушал, но сам отошел к единственному окну здесь и, отодвинув плотную штору, то и дело смотрел на происходящее снаружи. Опасается, что кто-то нагрянет? Но кто? Если только подопечные маги примчатся.

— Но вы, как понимаю, ждете от меня помощи именно в избавлении от проклятья? — между тем с готовностью спросил Гесвадьд.

— Не совсем, — я покачала головой. — Боюсь, в самом избавлении вы точно не поможете. Но я надеюсь, вы в силах разобраться с одним артефактом. У меня нет его с собой, это зеркало, и оно передается в нашей семье от одной проклятой к другой.

— Артефакт? — он даже руки потер в предвкушении. — Это вы по адресу обратились! Если кто-то в Кэнфилде и знает больше всего о всех возможных артефактах, то исключительно я! Но, естественно, мне нужно увидеть это зеркало вживую.

— Да, конечно, — я кивнула. Но не успела добавить насчет где и как, как вмешался Дилан:

— Лучше это сделать на нейтральной территории. Если Силь начнет появляться в вашей башне, то вполне может кто-то ее случайно заметить, а нам этого совсем не нужно.

— Я согласен с любыми условиями, Ваша Светлость! — Гесвальд яро закивал. — И готов идти на любые уступки!

— Завтра? — я снова взглянула на Дилана. — Завтра же нет никаких очередных сумасбродных испытаний?

— Нет, завтра точно день свободен. Встречу я беру на себя.

И хоть он и не стал пояснять, но я больше и не спрашивала. Внезапно кольнула странная мысль, что как все-таки непривычно, но в то же время приятно, когда кто-то так запросто готов взять на себя решение твоих проблем… Можно даже побыть чуточку слабой… Но это блажь, конечно. И не стоит подобными размышлениями увлекаться.

— Договорились! — Гесвальд хлопнул в ладоши. — Тогда завтра проверим ваш таинственный артефакт! Но, может, есть еще что-то, хоть какая-то зацепка? Я же теперь просто умру от нетерпения, если до завтрашнего дня мне придется в праздности ничего не делать!