— Ты будешь говорить со мной только отвечая на мои вопросы, или когда я прикажу тебе, несчастная! — выкрикнула Великая Чтимая Матре.

Ребекка съежилась от страха.

Это был почти Голос. Будь настороже — прошелестел в голове Ребекки шепот Глашатая.

— Знала ли ты когда-нибудь о тех, кто зовут себя Бене Джессерит? спросила Великая Чтимая Матре.

Ну вот, началось!

— Каждый сталкивался с ведьмами. Великая Чтимая Матре.

— Что ты знаешь о них?

Так вот зачем они меня сюда привезли.

— Только то, что я слышала. Великая Чтимая Матре.

— Они храбры?

— Говорят, они всегда стремятся избежать риска, Великая Чтимая Матре. Ты достойна нас, Ребекка. Таков порядок этих шлюх. Камешек бежит по склону в предназначенный ему канал. Они думают, что ты не любишь нас.

— Эти Бене Джессерит богаты? — вопрос Великой Чтимой Матре.

— Думаю, они бедны по сравнению с вами. Чтимая Матре.

— Почему ты так думаешь? Не говори просто, чтобы доставить мне удовольствие!

— Но, Чтимая Матре, могли бы ведьмы послать огромный корабль с Гамму сюда просто для того, чтобы отвезти меня? И где эти ведьмы теперь? Прячутся от вас.

— Ну, так где же они? — потребовала Чтимая Матре.

Ребекка пожала плечами.

— Ты была на Гамму, когда от нас бежал человек, которого они называли Ваша? — спросила Чтимая Матре.

Она знает, что ты была там.

— Я была там, Великая Чтимая Матре, и слышала разные истории. Я не верю в них.

— Ты будешь верить в то, во что я прикажу тебе верить, несчастная! Что за истории ты слышала?

— Что он двигался со скоростью, незаметной для глаза. Что он убил многих… людей голыми руками. Что он украл корабль и улетел в Рассеивание.

— Верь в то, что он улетел, несчастная.

Смотри, как она боится! Она не может сдержать дрожи!

— Расскажи о Ясновидении! — потребовала страшная женщина.

— Великая Чтимая Матре, я не пониманию Ясновидения. Я знаю лишь слова моего Шолема, моего мужа. Если пожелаете, я могу повторить эти слова. Чтимая Мать задумалась, обвела взглядом помощников и советников по обе стороны от возвышения, которые уже начали проявлять признаки скуки и нетерпения. Почему она просто не убьет эту падаль?

Ребекка, увидев оранжевый огонь насилия в уставившихся на нее сотнях глаз, внутренние сжалась. И теперь воспоминание о муже, которого она всегда мысленно звала ласкательным именем Шоель, и его словах придало ей сил. «Полный талант» проявился в нем еще в детстве. Некоторые называли его инстинктом, но Шоель никогда не употреблял этого слова.

— Доверяй ощущениям, идущим из нутра. Вот что всегда говорили мои учителя.

По его словам это выражение было настолько приземленным, что зачастую отталкивало тех, кто приходил искать «эзотерических тайн».

— В этом нет никакого секрета, — говорил Шоель. — Это тренировки и упорный труд, как и все остальное. Ты задействуешь то, что они называют «малым восприятием», способность отслеживать малейшие изменения реакций человека.

Те же мелкие признаки Ребекка могла теперь различить в тех, кто в упор смотрел на нее. Они хотят моей смерти. Почему?

Великая любит показывать свою власть надо всеми, — помог советом Глашатай. — Она делает не то, чего хотелось бы другим, а то, чего, по ее мнению, они не хотят.

— Великая Чтимая Матре, — рискнула Ребекка, — вы так богаты, так могущественны. Конечно, же у вас найдется какое-нибудь место среди низших слуг, где я могла бы вам Пригодиться.

— Так ты хочешь поступить ко мне на службу?

Что за звериная ухмылка!

— Это осчастливило бы меня. Великая Чтимая Матре.

— Я здесь не для того, чтобы делать тебя счастливой.

— Тогда осчастливь нас. Дама, — Лонго спустилась на ступеньку вниз.
– Позволь нам поиграть с…

— Молчать!

Ах вот как. Ошибкой было назвать ее интимным именем здесь перед всеми.

Лонго отпрянула, едва не уронив стимулятор.

Великая Чтимая Матре сверлила оранжевым взглядом Ребекку.

— Ты вернешься к своему жалкому существованию на Гамму, несчастная. Я не убью тебя. Это было бы милосердием. Увидев то, что мы могли бы тебе дать, ты проживешь свою жизнь без этого.

— Великая Чтимая Матре! — запротестовала Лонго. — Мы подозреваем, что…

— У меня есть подозрения на твой счет, Лонго. Отошли ее назад и живой! Ты меня слышишь? Или ты думаешь, что мы неспособны отыскать ее, если она нам понадобится?