Даже не роду а сразу родам? Про Романовых я не забыл, но вот так с ходу перечислить остальные фамилии, которых я как-то серьезно задел или оскорбил было сложно. Возможно, ещё та змеиная семейка, если я не ошибаюсь, Смирновых, которые пытались переписать на себя мой парфюмерный бизнес. С Лизаветой-то мы вроде разошлись мирно, но потом Татьяна ясно показала мне, что её не устроило такое решение сестры. Больше никого и не припомню.

— Смотри не продешеви, когда соберешься говорить с отцом, — так и не дождавшись от меня ответа продолжила Забельская. — Потому что если хотя бы половина от того, что мне известно, окажется правдой, то выторговать ты можешь очень многое.

— Говорить с отцом? — я не очень понял, что принцесса имеет в виду. — О чем? И вообще, с чего ты вдруг воспылала ко мне такой доброжелательностью? В первую нашу встречу между мной и грязью под ногами ты не делала особых различий. А может ты прост…

— Даже и не думай, — фыркнула Арина, не дослушав, что я хотел сказать. — Романтикой тут и не пахнет. Просто перспективные знакомства и связи не стоит упускать, как бы тебе ни был противен человек.

— Это я-то противен? — от удивления мои брови поползли вверх.

— Что касается отца, — проигнорировала меня блондинка. — Насколько я знаю, ты ни о чем конкретном с ним не договорился. Однако героя не могут оставить без награды.

— Это я-то герой? — мои брови уползли ещё выше, готовясь вот-вот выпрыгнуть за пределы лба.

— Ну а как ты сам думаешь, — усмехнулась принцесса. — Нельзя просто взять и сказать простым людям, что какой-то там отряд избавил мир от главной опасности. Нужно, чтобы этот подвиг ассоциировался с кем-то конкретным, с личностью, с тем, кто нанес финальный удар. Я, конечно, не на все сто процентов уверена, что отец выберет именно тебя, однако предчувствие говорит именно об этом. Надеюсь, ты не настолько глуп, чтобы не знать про аспект императорской семьи?

Я молча покачал головой, не став реагировать на очередную подколку. Значит, Забельская увидела в будущем, что в качестве козла отпущения выберут именно меня? Конечно, в данном контексте говорить «козел отпущения» не очень правильно, всё-таки пользы от всенародного признания гораздо больше, чем минусов, но такой «титул» помимо благ несет с собой и ответственность. И есть в этом одна проблема…

— Тем более, что при таком раскладе амнистия Великого рода Медорфеновых ни у кого не вызовет вопрос…

— Постой, — перебил я Забельскую. — Но если пожирателя уничтожил я, то, скажем, если через десятилетие-другое он вдруг вернется, то и все камни полетят в мою сторону?

— Как это вернется? — уставилась на меня Арина. — Вы же его уничтожили?

— Это только теоретический вариант, — ответил я с абсолютно невозмутимым лицом.

— Ну раз теоретический… — взгляд блондинки на мгновение стал задумчивым. — То если пожиратель вернется, то вопросы у всех будут в первую очередь к тебе.

Интересно это император придумал, а точнее, ещё придумает. Получается, если верить предсказанию принцессы, то, узнав про то, что за пожирателем стоит ещё одна, гораздо более сильная тварь, Забельский таким хитрым образом переложит на меня ответственность за его уничтожение. Конечно, я и сам не собирался оставлять Мэшдэра без внимания, однако остроумию его Величества можно только позавидовать. С виду наградил, а на деле подсунул огромную свинью.

— Теоретический значит… — тем временем снова повторила принцесса. Глаза Арины с хитрым прищуром смотрели прямо на меня. — Ладно, Медорфенов. Не очень прилично молодой девушке так надолго засиживаться в комнате у парня, так что я, пожалуй, пойду.

Не успел я опомниться, как блондинка прошмыгнула мимо меня к двери, и спустя мгновение исчезла в коридоре.

— А она, кстати, испытывает к тебе влечение, — неожиданно в голове раздался весёлый голос Эммы, про которую я уже успел забыть. — Ты бы знал, какие мысли и образы у неё появлялись, пока она тут мило с тобой ворковала. Чего стоит одна только картина, где ты лежишь привязанный к кровати, а Арина наде…

— Эмма, — тихо прошипел я, на удивление быстро теряя над собой самообладание. — Замолчи.

Нет, меня совершенно не разозлили слова про Забельскую — что-то подобное я и сам начал подозревать, слишком уж много внимания уделялось в мою сторону. Но вот поведение Эммы начинало натурально выбешивать.

Что это только что было? — на этот раз уже мысленно спросил я.

— Ты про что? — раздражающе захихикала Эмма.

Если ты сейчас же не прекратишь так изобильно эмоционировать, то я сделаю что угодно, лишь бы найти способ выключить или хотя бы отгородиться от тебя, — я протяжно выдохнул. — И байки про чистую энергию можешь не травить.