— Цунаде, одну секунду, — выдыхает Хирузен.

Торопливо подходит к разбитому столу, роется в обломках и вытаскивает из них слегка помятый документ. Бережно передаёт его Цунаде, кивает ей и отходит в сторону.

— Нужна только подпись…

— Я вижу, не слепая, — подписывая ворчит Сенджу. — Всё! Теперь я Пятая Хокаге. За работу.

— Идём, Хирузен, — нарочито подчеркнув таким обращением неуважение к Сарутоби, кивнув говорит Чоуза. — Мы проводим тебя домой.

— Лучше бы в отдел дознания, к живодёрам, — бросает ему вслед Сенджу. — Но пока не стоит. Пока не стоит.

От этих слов, Хирузен останавливается, молча смотрит на неё и вдруг широко улыбается. Давая понять что будущее его не пугает, уверенно кивает и быстро выходит.

— Твари, ненавижу! — забросив шляпу в угол кричит Сенджу.

Выскакивает, сурово смотрит на перебирающего в шкафу папки с документами Шикаку. Как вдруг… Её губы дрожат, взгляд становится умоляющим, она мечется по кабинету, резко замирает и шагает к Нара…

— Иди, Хокаге-сама, я тут сам разберусь. Утром будет готов предварительный отчёт.

Кивнув, Сенджу открывает окно и выпрыгивает наружу.

— Нда, — глянув в окно заключает Нара и возвращается к работе.

По его мнению, хоть он и узнал совсем немного, они поступили правильно. Слова Иноичи, только подтвердили старые догадки и выводы.

— Теперь, всё будет по другому, — открывая папку зевает Нара. — Совсем по-другому… Интересно, за сколько секунд она добежит до госпиталя?

(Джирайя.)

Темнота и тишина… Кома? Или я всё же умер? Ну, выхода нет. Сейчас посмотрю, заодно и узнаю, что случается после смерти… Хотя всё же думаю… Надеюсь, что это не смерть. Интересно, чья вера окажется ближе к истине? Рептилоиды, с их Лесом Вечной охоты? Арахноиды с бесконечной паутиной всегда полной добычи. Люди с их адом и раем. Местные поверья о Чистом Мире. Или технократы, с их Чистым Разумом?

Оппаньки… Меня куда-то потянуло… Куда-то вверх. Вот сейчас и узнаю. Узнаю… И…

И нет. Ничего из ожидаемого. Я сижу у статуи гигантской жабы, смотрю на приоткрытую дверь ведущую в библиотеку моей памяти и не знаю что делать. Это моё подсознание. Или как говорят местные — внутренний мир. И как так получилось, что я заперт в этом своём внутреннем мире? Это же в принципе невозможно. Я, если проводить аналогию, всего лишь пилот скафандра и повреждения этого самого скафандра, не должны были так на меня подействовать. А тут… Что вообще происходит? Тело не ощущается. В себя прийти не могу. Всё же, очень похоже на кому, некоторые из тех в ком я побывал испытывали нечто похожее. Кома… Или анабиоз? Как у тех же рептилоидов. Но тем не менее я не могу понять как это всё получилось и не могу, точнее не знаю как выбраться. Как это… Сен чакра, наверное. Из-за неё всё пошло наперекосяк. А если нет? Если вот так и выглядит смерть.

Как же так? А как же маленький человечек? Как он один? Без меня. Как Цунаде? Я слишком рано ушёл… И как ушёл? Некрасиво, по глупости, что неудивительно. Не закончив начатое. Но я же не хочу!

— Я не хочу уходить! — вскакиваю, кричу и понимая что меня никто не слышит смотрю на свои руки.

Я снова в зелёном кимоно поверх которого хаори. На ногах дурацкие деревянные сандалии.

— Если так, то почему я не принял свой настоящий облик?

— Настоящий? — звучит где-то рядом мой же голос. — А что если это и есть твой настоящий облик?

— Ты ещё кто? — спрашиваю и пытаясь определить источник голоса кручусь на месте.

— А-ха-ха! Кто я? Серьёзно? Ты спрашиваешь меня кто я? Я! Великий Извращённый Отшельник с Горы Мьёбоку. Я…

— Как? — отходя назад спрашиваю.

— Не перебивай! — выйдя из статуи рявкает Джирайя. — Дай договорить. Итак! Я! Я это ты! Аха-ха!

— Глюк. Выверт подсознания. Видимо телу совсем плохо. Дыхание остановилось. Из-за кислородного голодания, я вижу и слышу всякую чушь.

— А вот и не чушь! — возражает Джирайя. — Не чушь.

— Извини… Я убил тебя…

— Убил? — возмущается Джирайя. — Что-то незаметно. Никогда себя таким здоровым не чувствовал. Да и вообще у меня всё хорошо. Помолодел, одеваться лучше стал. Внимание женщин получил. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы зайти к Момо. На чай, но только с её булочками.