— А говорить мне вообще собирался, кто ты? Или это так… Небольшое развлечение? — с прищуром спросила Хё На.

— Знаешь, я… — Пак тяжело вздохнул. Несколько секунд он пялился в кружку с белоснежной пенкой, а затем произнес: — По началу, я просто пытался выжать все из ситуации и чему-то научиться. Потом, как-то вышло, что… Мне стала интересна именно ты. А сейчас я…

Мун Хё На приподняла одну бровь.

— Так вышло, что я в тебя влюбился, — спокойно произнес Пак и грустно усмехнулся. — Понятие не имею как так вышло… Вообще думал, что все эти фильмы, романы — все это не про меня. Что такого со мной точно не случится. Думал все как-то так… Что я не для этого.

Йонг поднял кружку, пригубил кофе, взглянул на Мун Хё На, выражение лица которой теперь было растерянным.

— Я считал себя крайне расчетливым человеком. Да, я прекрасно понимал, что в моем возрасте гормоны могут натворить бед, знал, что надо это уметь, но… Любовь — не логарифм. Ее нельзя просто решить, как сложный пример. И это не штанга, которую силач может выжать. Тут все намного сложнее, а я… Думал, что просто не создан для такого. Просто не умею… Давно так не ошибался.

Актриса протянула руку, забрала свое кофе и, задумчиво уставившись на Пака, спросила:

— Тот катер… Когда мы ночью катались по реке…

— Я арендовал его полностью.

— А фильм на рекламном экране?

— Арендовал и сымитировал взлом через подставных компьютерщиков.

Мун Хё На хмыкнула и растерянно пригубила капучино. Немного помолчав, она произнесла:

— Ты…ты немного… Не понимаешь ситуации, — произнесла девушка после нескольких секунд молчания. — Ты… ты не просто Йонг Пак. Ты наследник огромной корпорации, в которой все давно запланировано.

Видя, как Йонг кивнул, она продолжила:

— Твои чувства мне очень приятны. По настоящему, но… ты ведь понимаешь, что все просто… закончится?

— Почему?

— Потому, что мы из разных миров, Йонг… Совершенно из разных, — вздохнула актриса. — Золушка… Сказка про золушку очень красивая, романтичная, но… Это сказка, Йонг. В жизни все гораздо более жестко… Жестко и жестоко. Никто бы не позволил жениться принцу на простолюдинке, что всю жизнь готовила и мыла полы.

Пак нахмурился и поджал губы.

— Но и это не главное, — грустно улыбнулась девушка. — Ты молод, Йонг. Молод, горяч… Первая влюбленность у тебя — это прекрасно, но ты должен понимать — будут еще. Ты не готов к серьезным отношениям. Поэтому… Нет смысла думать о какой-то свадьбе. Достаточно просто того, что мы будем встречаться. Однако… Даже это может стать невозможным.

— Почему?

— Потому, что рано или поздно нас… заметят. Заметят и свяжут, а это вызовет вопросы у твоих родителей.

Пак поджал губы, но не стал говорить, что его родители в курсе.

— Жаль, что так вышло, — Мун Хё На взяла ложку и отломила еще один кусочек тирамису. — Ты мне тоже очень понравился. Из нас могла бы получиться интересная пара.

— Получится, — поправил ее Пак.

— М-м-м-м?

— Наша семья самая влиятельная и самая богатая в стране, — спокойно произнес Пак, глядя на актрису, переставшую жевать. — Если это так, то почему мы должны делать так, как хотят другие?

— Это немного…

— Почему я не могу встречаться с актрисой, если мне этого так хочется? — задумчиво спросил Йонг. — Кто и почему должен мне указывать с кем встречаться и спать?

— Ну…

— А если таких в этой стране нет, то почему я должен слушать тех, кто ниже нашей семьи по статусу? Потому, что так принято? Кем? Я на такое не соглашался.

Мун Хё На проглотила десерт, задумчиво оглядела Пака и произнесла:

— Попробуй сказать тоже самое родителям. Не думаю, что они тебя поддержат. Мне не хотелось бы быть причиной скандала в твоей семье и… — тут Мун Хё На умолкла, поймав жесткий, волевой взгляд Йонга. Быстро поняв, к чему пришел их разговор, она тяжело вздохнула и прошептала: — Черт… Только не говори, что собираешься…

— А ты… ты почему рабочую форму не надел? — Обратился начальник к Джи Джисону.

— Здравствуйте. — Начал с приветствия сын министра. — Я хотел бы попросить вас перевести меня на ночные смены.

— Чего? — Слегка склонив голову, уставился на него мужчина. — Что это на тебя нашло?

— Так вы можете пойти мне навстречу?

— Могу… — недовольно буркнул он. — Всё равно в ночную смену обычно не хватает работников. Но вообще странный ты. Утром же больше заказов. А значит и выручки больше. Или ты пофилонить решил? — С прищуром, проговорил начальник. — Ну да… хотя чего можно ожидать от вашего поколения? Вот мы в свое время… Эх. Ладно, чего толку перед тобой распинаться.

— Ага. — Еле заметно улыбнулся Джисон и слабо кивнул. — Спасибо.

— Да не за что. — Произнес начальник после того, как парень покинул его кабинет. — Мне-то только лучше от этого. — Он выждал ещё буквально секунду, а потом прокричал в уже закрытую дверь. — Но если вздумаешь филонить, я тебя мигом уволю! Терпеть не стану! Ушел? А, ладно…

Джисон вышел на улицу и направился к автобусной остановке. До этого он с презрением смотрел на свой скутер, на котором ему приходилось развозить товары. А теперь он с сожалением, понимал, что лучше бы доехал на скутере и с ветерком, чем тесниться в общественном транспорте.