Я даже рассмотрел в этом ядовитом цветнике свою обидчицу Дандан. И не просто рассмотрел, но ещё и встретился с ней взглядом. Она также меня «заметила». Да и могло ли быть иначе, если все её сестры едва ли не тыкали в меня пальцем?

А вот что меня на самом деле удивило, так это её виноватое выражение лица и странная подёргивающаяся мимика — Дандан словно бы пыталась меня о чём-то предупредить…

— ЖИТЕЛИ И ГОСТИ АЛЬЯНСА МУРИМ ОТ ЛИЦА НАМЕСТНИКА НЕБЕСНОГО КРЯЖА, ТРЕТЬЕГО НЕБЕСНОГО МУДРЕЦА ЮАН ВУ, ПРИВЕТСТВУЮ ВАС НА ЕЖЕГОДНОМ ТУРНИРЕ ВОСХОЖДЕНИЯ…!!!

Прозвучавший с арены громогласный голос тут же был заглушён ещё более впечатляющим шумом. Тысячи оваций волной накрыли центральную площадь Небесного кряжа. Собравшиеся у арены зрители рукоплескали.

Ну а я в этот момент, не поддавшись всеобщему радостному порыву, вовсю рассматривал главного турнирного распорядителя, бородатого дедушку в белоснежных одеждах и золотой шпилькой в волосах, удерживающей здоровенный, похожий на бабушкин клубок, пучок волос. От лица старика исходила ни с чем не сравнимая одухотворённость, а его яркие синие глаза словно бы олицетворяли собой само Небо.

Только увидев его, я в первую же секунду удивился тому, что этот величественный старик «говорит» от лица третьего небесного мудреца, а не является ИМ. В моём понимании некто, носящий столь почётный титул, как раз таки и должен был выглядеть так, как этот величественный старикан.

У меня даже невольно закралась мысль: как же, должно быть, внушительно выглядит сам третий Небесный мудрец, раз ему прислуживает столь почтенный господин. Должно быть, он и впрямь выдающийся человек, достойный именоваться столь звучным именем…

— В ЭТОМ ГОДУ НАС ЖДЕТ ОСОБЫЙ ТУРНИР! СРАЗУ ДВЕ НОВЫЕ СЕКТЫ ХОТЯТ ВЛИТЬСЯ В НАШУ ДРУЖНУЮ СЕМЬЮ И СТАТЬ ЧАСТЬЮ АЛЬЯНСА МУРИМ! ТАК ВОЗРАДУЙТЕСЬ, ДОБРЫЕ ЛЮДИ НЕБЕСНОГО КРЯЖА: СЕГОДНЯ НАС ЖДУТ НЕ ТОЛЬКО ВЫСТУПЛЕНИЯ ЮНЫХ УЧЕНИКОВ, НО И ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ ОТ НОВЫХ, ДОСЕЛЕ НЕВИДАННЫХ В МУРИМЕ СЕКТ!

Разлетевшаяся по площади радостная весть снова «взорвала» центр Небесного кряжа. Казалось, даже почва под ногами вибрирует в такт нарастающему восторженному гулу. Я снова, на этот раз уже точно, уверился в том, что с развлечениями здесь туго — раз уж какой-то там, пусть и крупный турнир вызывает столь дикий ажиотаж.

Вот ведь странные люди, им же здесь не протеин бесплатно раздают — так чего же так кричать?

Однако у гостей и жителей столицы было иное мнение на этот счёт, поэтому радостный гул не затихал ещё долго. Ну а когда он всё же поутих, представитель третьего Небесного мудреца снова взял слово, и на этот раз его слово было куда как короче, чем прежде. Видимо, умудрённый жизнью старик не хотел и дальше затягивать с началом представления.

— МЫ ОБЪЯВЛЯЕМ ЕЖЕГОДНЫЙ ТУРНИР АЛЬЯНСА МУРИМ ОТКРЫТЫМ! ПУСТЬ ПОБЕДИТ ДОСТОЙНЫЙ!

— Бойцы, на середину!

Я ещё раз оглядел себя: а это точно ко мне обращаются? Бойцом я себя никогда не считал. Однако, судя по красноречивому взгляду местного судьи, смотрящего прямо мне в глаза, моё мнение по данному вопросу не стоило и засохшего майонезного шлепка. В какой-то момент мне даже стало немного обидно на этот счёт. Всё же меня выперли сюда в числе первых, даже не спросив, хочу я того или нет. И кто выпер? Родной мастер…Ну ладно, пускай не совсем родной, но тоже не чужой человек.

Соперник мне, к слову, тоже достался под стать всей этой ситуации. Паршивец Ху Ляо таки сдержал своё слово, и каким-то «чудесным» образом стал моим соперником. Похоже, деньги и связи и впрямь творят «чудеса».

Ху Ляо, кстати, в отличие от меня всем происходящим был доволен. Он широко улыбался и вовсю размахивал своими тонкими ручонками, приветствуя хоть и немного притихшую, но всё ещё шумящую толпу. Ну а толпа отвечала ему взаимностью. И только я один не знал, куда себя девать. Похоже, я был единственным на этом празднике жизни, кто не получал удовольствия от всего происходящего.

Да и какое тут могло быть удовольствие, если мне вот-вот придётся бить чьё-то донельзя противное хлебало? Хлебало настолько омерзительное, что к нему даже прикасаться боязно — вдруг ещё подхвачу что-нибудь наподобие болезни тонколицего дрыща. А такое, как известно, не лечится…

— Бойцы! — снова напомнил о себе распорядитель боёв, он же матёрый, опытный даже на вид практик в алом халате. — На середину!!!

Пришлось подчиниться. Я нехотя пересёк свою половину арены и остановился рядом с довольным собой и жизнью Ху Ляю. Щёки последнего задорно алели: то ли от внимания публики, то ли от выпитого накануне вина. Я надеялся на первое, однако чутьё твердило об обратном. Такой самоуверенный балбес, как Ху Ляо просто не мог поступить иначе. Он ведь и в грош не ставил ни меня, ни мои бойцовские навыки. Да и сейчас всем своим видом показывает, что ему больше интересен не будущий соперник, а внимание толпы.