Внутри зарождается уже знакомое возбуждение, смешанное с предвкушением. Я была права, когда думала, что никто с ним не сможет сравниться. Он ходячий порок, сосланный сюда лишь с одной целью — искушать.

Каждое его движение, каждый его взгляд, скользивший по мне, буквально выбивает воздух из груди. Каждый вздох становится делать всё труднее, а он будто этого и ждет, когда я начну просить его.

Внутренний пожар становится всё сильнее. Не могу больше ждать, поддаюсь вперед, помогая справиться ему с штанами, руки дрожат от предвкушения. Стягиваю их вместе с бельем, обводя каждый сантиметр его тела. Его упругий и идеальный член тут же встает как по команде.

— Не торопись, — этот голос звучит порочно.

Он подает руку, помогая встать с кровати, ноги словно ватные, едва могут меня слушать. Разворачивает меня к себе спиной, впечатывая в свое тело. Одной рукой крепко удерживает за талию, а второй просто сводит с ума сладкой, медленной пыткой.

Его длинные пальцы обводят шею, задерживаясь там, где бьется пульс, скользят к ключице, опускаясь ниже к груди, задевая сосок, обводит кончиком пальца, играя и дразня.

Горячая ладонь продолжает свой путь, проделывая то же самое с другой грудью. Не выдержав этого, откидываю голову назад. Чувствую горячее дыхание на своей шее, зубами впивается в шею, языком скользит к плечу, оставляя влажный след, чтобы тут же подуть.

Пальцами обводит линию трусиков, тут же ныряет под кружева. Пальцами обводит клитор. Каждое его движение говорит о том, что он решил свести меня с ума. И, черт, я согласна на это. Согласна сгореть в его огне.

Когда нет уже сил сдерживаться, он надавливает пальцем у входа, буквально насаживая меня на них. Невероятный контраст ощущений, сладкие нежные поцелуи, а внизу грубые толчки. В какой-то момент сама начинаю двигаться навстречу ему.

Комнату наполняет шумное мужское дыхание, тихие стоны, которые вырываются из меня, и влажные звуки входящих в меня пальцев.

Он входит ещё глубже, ещё резче, заставляя терять меня связь с реальностью. Руками впиваюсь в его удерживающую руку, прогибаясь сильнее в пояснице, попкой задевая его упругий член.

— Кончай, — звучит приказ на ухо, а я словно этого и ждала, тут же взрываясь на миллиарды осколков, переставая дышать, чтобы тут же заново ожить.

Руками избавляет меня от одежды так быстро, что осознаю свою наготу только когда оказываюсь на кровати с широко раздвинутыми ногами. Взглядом скользит по телу, изучая, запоминая каждую деталь, тут же подходит к краю кровати, чтобы опуститься на колени. Ещё не придя в себя после первого оргазма, ощущаю его горячее дыхание, как теперь его язык задевает чувственный бугор, а два пальца проникают в меня.

— Ты точно дьявол, — в полубреду шепчу, выгибаясь навстречу его движениям.

— Ты ещё способна говорить, — уголки губ приподнимаются в улыбке, — мое упущение.

Больше нет нежности в его движениях, он доводит до грани, и когда я готова вот-вот опять взорваться, тут же убирает пальцы и входит в меня языком. Это безумие. Самое настоящее безумие. Но мне и этого мало, хочу его всего без остатка. Хочу ощутить, как он проникает в меня, сводя с ума. Будто прочитав мои мысли, ускоряется, так что не выдерживаю это и снова задыхаюсь. Руки впиваются в простынь, тело содрогается, мечтая остаться в этом моменте навсегда.

Перед глазами всё плывет, тело еще бьется в легких конвульсиях, но и на этом Мэтт не останавливается. С грацией хищника встает на ноги, сжимает член в руке, делая несколько движений, смотря исключительно в глаза.

— Как же долго я этого ждал!

Он накрывает меня своим телом, удерживая свой вес на одной руке, а второй водит членом по влажным складочкам, дразня и распаляя меня с новой силой.

Его губы касаются моих в нежном тягучем поцелуе. Язык скользит ещё глубже, а я отвечаю. Если раньше думала, что я сошла с ума, то ошибалась. В нём столько многообразия, сейчас он нежный, мгновение, и уже буквально как зверь налетает на меня.

Наши языки сплетаются в танце, только известный им. Слишком хорошо. Слишком порочно и слишком сладко. Он диктует правила, а я с нескрываемым удовольствием следуя им.

Мир сужается до этой комнаты, когда он медленно погружается в меня. Не контролирую свое тело, руками обвиваю его шею, зарываясь в волосах.

Каждый его медленный толчок заставляет меня забыть о том, где мы находимся. Стоны становятся громче, а желание уже переросло в какой-то шторм. Мне мало его движений, хочу, чтобы он перестал сдерживаться и показал, как может доставить удовольствие только он.

— Пожалуйста, — уже хнычу в голос, — не сдерживайся.

Повинуясь моей просьбе, он тут же исполняет её. Каждое его движение резкое, почти грубое, но, черт, как же мне это нравится. Забывшись, руками впиваюсь в его плечи, царапаю его спину, оставляя там полоски.

Мне хорошо. Почти до сумасшествия хорошо. Хочу закричать громче, но дыхание останавливается, когда он выходит из меня полностью, чтобы через секунду войти одним мощным толчком.

Воздуха становиться катастрофически мало, он пропитан нашим возбуждением.