Буквы тоже были понятны, а выглядели они как смесь кириллицы и латиницы. Нет, отличия были заметны, но хорошо, что не китайские иероглифы. При этом азиатов тут хватает. У нескольких людей на портретах были характерные разрезы глаз. К тому же один из них был натуральным негром. Даже представить сложно, сколько мне ещё предстоит здесь увидеть разных человеческих форм. Да именно так… Ведь даже Аласту я воспринимаю как человека.

— Ты оглох, немо? — от размышлений меня отвлёк раздражённый голос Аласты. — Не слышал, что я тебе говорю?

— А почему немо? — поинтересовался я, не обратив внимания на ее раздражение.

— Потому что своё имя ты нам не назвал, — язвительно заметила собеседница. — Господин Имперский Посланник тоже не прояснил ничего. Поэтому ты — Никто. Так, надеюсь, понятно?

Девчонка вела себя вызывающе, но меня это совершенно не трогало. В кровати я ничего предосудительного не совершил, на грудь ее не заглядывался, поэтому никакой вины перед ней не чувствовал. А ещё, возможно, во мне просыпался тот, в чьём теле я сейчас находился. Сарх, да… Солдат армии Императора. Ведь ни один нормальный мужчина не обратит внимания на капризы вздорной девчонки, а уж солдат-то тем более.

— Меня зовут Александр, — кивнув, представился я. — А тебя, как я понимаю, зовут Рина?

— Рина — это нейтральное обращение к благородной аали, — смерив меня холодным взглядом, со вздохом ответила она. — Ты долго еще будешь так стоять?

— У тебя что-то случилось? — спокойно поинтересовался у неё я. — Или это из-за меня? Прости, но я ничего не помню. Частично потерял память. Возможно как-то не так себя веду?

— Нет все в порядке, — девушка смутилась и опустила взгляд. — Ты просто не поймёшь…

— Ну так объясни? — спокойно произнёс я. — Вдруг да пойму.

— Я не хотела судьбы целителя, — не поднимая взгляда, со вздохом ответила она. — Но отец настоял, и я не посмела ослушаться.

— И теперь ты страдаешь?

— Да! — Аласта кивнула и подняла на меня взгляд. — А что бы чувствовал ты?

— Ну, я, как ты понимаешь, свою судьбу не выбирал, — я ободряюще улыбнулся. — Раз ты не смогла отказать отцу, то тебе остаётся только полюбить своё дело. Целитель и учитель — самые благородные в мире профессии. Неужели ты этого не понимаешь?

— Ты странный… и говоришь как отец, но спасибо за совет, — Аласта впервые мне улыбнулась и указала на открытую дверь. — Давай уже, заходи, умник. А то мастер Акарус уже, наверное, заждался.

В комнате обнаружились четыре высокие кабинки с торчащими сверху антеннами и большой прозрачный экран, стоящий на широкой каменной тумбе.

— Иди сюда! — Аласта прошла к самой высокой кабинке, сдвинула дверцу и сделала приглашающий жест. — Заходи! Это недолго.

— Раздеваться не надо? — на всякий случай уточнил я.

— Нет! — девушка картинно нахмурилась. — Обойдёмся без этого.

— Как скажешь, — я опять улыбнулся и зашёл внутрь непонятного аппарата.

Аласта задвинула дверцу, прошла к экрану и повернула один из тумблеров. Дальше не произошло ничего интересного. По мне забегали разноцветные лучи, затем кабинка наполнилась оранжевым паром, и на этом исследование закончилось. Аласта забрала выползшую из нижней части экрана карточку, открыла дверцу кабинки и позвала меня за собой.

Пройдя по коридору направо, она завела меня в кабинет, похожий на местную ординаторскую, указала на стул у стены, попросила подождать и куда-то ушла.

Пожав плечами, я уселся на предложенное место, огляделся по сторонам и усмехнулся.

Сай сказал, что этой цивилизации тридцать тысяч лет, но никаких особых изменений в быту я пока не заметил. Люди будущего так же сидят на стульях, спят на кроватях, а в работе используют компьютеры, ну или что-то очень на них похожее. Шесть таких агрегатов как раз стояли на овальном столе напротив кресел.

Странно изогнутые, с небольшими экранами, и никаких системных блоков и ковриков с мышками я не заметил. Впрочем, какая мне разница? Ведь так даже лучше, поскольку намного проще тут будет освоиться. Язык знаю, читать умею… что ещё нужно для полного счастья?

Я улыбнулся и посмотрел на закрытую дверь. Тут даже девчонки ведут себя очень похоже, и их совсем не портят рога и хвосты. В году столько же дней, система десятичная. И нули пишутся так же, как на Земле. Другие цифры в написании отличаются, но это совсем не проблема.

Что ещё? Местный лан примерно равен километру, кег — килограмму, а танн — это скорее всего что-то коло тонны. Да, понятно, что все это условно, но если ты привык к земной системе измерений — с местной проблем не возникнет.