— Убью обоих, — слова хлеще кулаков заставляют уродов трястись. — Ещё раз к ней подойдёте — считайте, трупы. Она со мной.

— Нам сказали, что у неё нет парня, — заикается один, отползая к дорожке, в то время как его приятель судорожно пытается остановить кровотечение из сломанного носа. — Прости, мы ничего плохого не хотели сделать. Нам заплатили.

Неужели думают, что я дам просто так уйти? Прикладываю титанические усилия, чтобы не оставить их мозги с одной извилиной на брусчатке. Не хочу пугать Лили ещё больше, она и так дрожит как осиновый листок, того гляди, осядет на землю.

— Извиняйтесь не передо мной, а перед Лилиан, и передайте другим: если её кто-то ещё обидит, будет иметь дело со мной. А вас теперь ждёт весёлая жизнь.

Уроды встают на ноги и перед тем, как уйти, приносят извинения Лили. Она испуганно кивает, но с каждым мгновением её кожа из кипенно-белой приобретает естественный оттенок.

— Проваливайте, — сам не верю, что отпускаю их, но зато буду уверен, что больше никто не обидит мою занозу. Только я могу взрывать ей мозг и доводить. Больше никто не имеет на это право. Тем более, распускать руки.

Подхожу к Лили, беру её прохладную ладонь, тяну на себя. Она впервые так покорно прижимается к моей груди, утыкается носом в неё и, не стесняясь, плачет.

— Всё хорошо, больше тебя никто не обидит, — говорю тихо, одновременно гладя по спутанным волосам.

Никогда не любил, когда девушки плачут, но раньше меня это просто раздражало. Теперь же слёзы Лили режут без ножа. Не хочу видеть её в таком состоянии.

— Завтра возобновим занятия по самообороне, — хочу сделать хоть что-то полезное.

Помню, как её глаза горели в предвкушении тренировки, но тогда я всё испортил. Больше не позволю себе этого. К тому же я обещал, что прикоснусь к ней только если она сама попросит.

— Нет, мне в тот раз хватило занятия с тобой, — сквозь слёзы говорит, продолжая утыкаться носом в мою рубашку.

— В этот раз обещаю, что буду прилежным тренером, — смеюсь и продолжаю гладить little kitty по волосам.

Её это успокаивает, всхлипы становятся тише, тело уже не так дрожит, но она всё так же крепко обнимает меня за талию, словно боится отпустить.

— Поехали, я тебя отвезу домой. Завтра бери вещи для занятия и не беспокойся, я же обещал, — прерываюсь на полуслове, надеюсь, что в таком состоянии Лили не поймёт моего замешательства.

Но словно специально она отрывает от моей груди заплаканное лицо, заглядывает мне в глаза и спрашивает:

— Что ты мне обещал? — немного хмурится, шмыгает носом.

— Что потренирую тебя, — тяну Лили в сторону стоянки, а сам вспоминаю наш разговор после вечеринки, когда она просила поцеловать её, но наутро всё забыла. А мне ужасно хочется почувствовать мягкость её губ. Но я же обещал и теперь сделаю что угодно, чтобы она попросила о поцелуе.

32 глава Лилиан

Прошла неделя с момента, как Итан спас меня от домогательств двух незнакомцев. В тот день он отвёз меня домой. Просто взял в охапку и посадил в свою машину. Но я бы даже не сопротивлялась, из-за стресса силы окончательно покинули тело. Всю дорогу я находилась в состоянии шока, не могла ничего говорить, только смотрела в окно, пытаясь сконцентрироваться на плавных движениях стеклоочистителей. Они собирали капли дождя, который из моросящего грозился обрушиться на Чикаго ливнем. Монотонные звуки немного успокаивали, но, что самое удивительное, присутствие Итана дарило чувство защищённости. Он сидел рядом, сильный, уверенный, и от него исходило тепло, которое понемногу пробиралось ко мне под кожу, заставляя сердцебиение нормализоваться, а мышцы — расслабляться. Хотелось вновь оказаться в его объятиях, отрезанной от всего мира. В тот раз я получила от Итана совершенно другое внимание, не такое, как раньше, мне не хотелось сбежать от него, оттолкнуть. Наоборот, я вжималась в его грудь с каждым мгновением всё сильнее, вдыхая успокаивающий аромат мужского парфюма.

Я благодарна, что Итан появился вовремя. Ещё чуть-чуть, и мерзкие лапы одного из нападавших пробрались бы ко мне под подол юбки. До сих пор ощущаю противное прикосновение шершавой ладони, эти воспоминания вызывают приступ тошноты. Не очень хорошим получилось начало учебного года. Никакие уроки по самообороне не помогли дать отпор тем двум переросткам. Не хочу думать, что бы случилось, если бы нас никто не заметил.

Никогда не представляла, что в таком элитном колледже могут происходить такие вещи. Вся территория должна быть обведена камерами. Но, скорее всего, именно та зона осталась без них. А ещё в памяти постоянно всплывает фраза одного из нападавших: «мне заплатили». Её я вспомнила уже дома, сидя и сжавшись в калачик под обжигающими струями воды. Первый день, а я уже кому-то умудрилась перейти дорогу.

У меня определённо талант.

Лекция по управлению только что закончилась, и следующая пара по креативному письму будет вместе с Адель. Я ничего не рассказывала ей о том инциденте. Не хочу, чтобы на меня смотрели с жалостью. Пусть всё остаётся в прошлом, как болезненное воспоминание, которое заставляет лучше следить за окружающими и за своей безопасностью.

Что касается безопасности, Итан до сих пор настаивает, чтобы я продолжила заниматься у них дома. Каждый день спрашивает, принесла ли я вещи, и мне приходится врать, что я забываю их дома. Но, на самом деле, прошлый опыт нашей тренировки напоминает, что моя голова каждый раз теряет контроль над телом, стоит оказаться очень близко к нему. А сейчас, даже находясь на большом расстоянии, не видя его красивое лицо, всё равно какая-то невидимая сила тянет к нему. Не понимаю, когда всё так изменилось, или это синдром спасателя заставляет мои нейроны вырабатывать благодарность к нему. Возможно, гормоны дают сбой.