На прощание Лизе было выдана пара билетиков на метро.

Начало осени

Тем временем кончилась виза. Каникулы у французов тоже кончились. На руках была справка из больницы, что ей нужно забрать результаты анализов через пару недель. Так у Лизы появилось «алиби». У Крэйзи Джо

37

Галина Хериссон

больше не появлялась. И Христо сказал, что ему жаль, что он бросил её с этим сумасшедшим... Хотя Жоаким всё-таки сделал ещё одно доброе дело. Дозвонился до Магали, той самой, что Лиза звонила в свой первый парижский вечер с вокзала. С Магали столкнулись в её же подъезде. Договорились встретиться через пару дней и вскоре очень подружились...

Лиза не особенно распространялась о той компании друзей, в которую она вписалась тогда благодаря Магали. Хотя они и появлялись там вместе пару раз с Христо.

Христо всё хотел её куда-нибудь пристроить, сбыть с рук. Хотел летать вольной птицей. Короче, научил всему, чему мог.

Тогда они уже жили на рю де ля Помп, в квартирке с выходом на крышу, где она кормила голубей и рисовала. Попали они сюда с Христо после скитаний и ночёвок по газонам Парижа. Август был тёплым. А тут один друг уезжал в Болгарию на пару недель. Приютил.

Там Лиза начала вести дневник. Точнее, просто иногда чиркать записки. Вы видели уже парочку...

***

«Здорово сидеть на крыше и курить дешёвые сигары. Всё лучше дорогих сигарет. Знаете, таких, с ароматом... “Je fume du tabac a la pistache!”. Это первая фраза, совершенно бесполезная и красивая, которую я зачем-то выучила по-французски ещё с Жаном в Питере. Просто нравилось, как это звучит на слух...

Вечер. Кофе. Сделала несколько набросков и покормила голубей. Они всегда прилетают, они ждут. А я не знаю, чего ждать.

Проснулась поздно и вспомнила ночь... Не нужно было так срываться. Слёзы, обрывки ненужных объяснений, 38

НЕ ПРО ЗАЕК

полная паранойи прогулка по пустым пугающим улочкам... Бездушные силуэты казались затаившимися, враждебными, машины — слишком резко тормозящими, мусорные мешки полными жизни second hand:

— Ну-ка, что это там в пакетике, орешки? Тьфу, чёрт, merde!

Совсем выжила из ума.

Я никогда этого не делала одна, только вместе с Христо. Промышляли по ночным улицам и специальным хлебобулочным и гастрономическим “помойкам”. Блин, в Питере на свою цветочную зарплату я не могла себе позволить таких яств! Всё чисто, запаковано и собирается просрочиться дня через два...

Когда проснулась, его уже не было. Вчера он открыл дверь, вошёл, и, отвернувшись, уснул.

Это была наша первая ссора! Я просто хотела его. Очень хотела. Чёрные кудри, улыбающиеся глаза с балканским огнём, нежные губы, розовые, как у девушки... Я ласкала его, но он был почему-то холоден...

Я всегда любила у мужчин длинные волосы. Наверно, из-за того полудетского воспоминания, из-за папы. Иногда он отпускал волосы подлиннее, чёрные, густые, волнистые, и я заплетала ему косички. Тогда мы ещё были лучшими друзьями и ходили на дурацкие фильмы в кинотеатр “Октябрь”...

С тех пор не могу относиться спокойно к длинным тёмным локонам. Меня заводит образ тонкого, немного скуластого лица в обрамлении распущенной или собранной на макушке гривы, гибкой шеи и крепкого троса. Стоп, а то расплачусь...

А всё-таки сегодня всё гораздо легче и прозрачней. Солнце уходящего парижского дня, улицы не такие,

39

Галина Хериссон

как накануне: живые, яркие, полные, многоликие. С магазинчиками и попытками общаться на “франгло” языке, включая глуповато-доверчивые улыбки...

Темнеет. Доносится запах ужинов. Соседей здесь почти нет. Встречается только одна мадам с коричневыми добрыми глазами. “Bonjour. — Bonjour!”»

* * *

Среди новой её компании нашлись и русские. Дали телефон одного художника. Они встретились очень скоро. Оказалось, что Андрей работал на рю де ля Помп, делал ремонты в шикарных квартирах. Да это ж шестнадцатый округ Парижа. Лиза и не знала, что это один из самых дорогих кварталов! Ведь здание с квартиркой, где они ютились на десяти квадратных метрах и душем в коридоре, было чуть ли не единственным таким на всей улице.

С Андреем они встретились у метро. Теперешний босс и заказчик Андрея был какой-то то ли режиссёр, то ли сценарист. Платил хорошо.

Андрей снимал двухкомнатную квартиру с соседом. Пригласил Лизу пожить какое-то время. Друг Христо с рю де ля Помп к тому времени вернулся из Болгарии, в любом случае, пора было искать новое прибежище.

Лиза в порыве парижского вдохновения нарисовала на той крыше с голубями уже приличную серию. Хотелось выставиться или даже продать несколько рисунков и акварелей. Тут многие художники выставляются на улице. Лизины работы были ничуть не хуже! Но продавать всё это на Бобуре10 было рискованно. Контроль де полис...