Ягужинские, кстати, прочно держали Ковенскую губернию, насколько помнила Тамара, и в самой Курляндии имели немалый вес. Ничего удивительного, что отпрыск старинного польского рода, перешедшего на службу к русскому императору, проводит увеселительный отдых здесь. От родовых земель недалеко.

– Не кажется ли вам, молодой человек, что место и время для знакомства неуместно, тем более – сейчас? – с усмешкой спросила Тамара, глядя, как гвардейцы молчаливо ждут сигнала от нее пинками проводить наглецов. – Мы как бы не совсем в подобающих нарядах.

Артур – свитский паренек – старательно прятал взгляд, который то и дело метался между двумя стройными и красивыми барышнями с соблазнительными формами под легкими сарафанами. И он первым рассмотрел на пальцах Тамары супружеское и фамильное кольца, да вдобавок ко всему массивный амулет на золотой цепочке, устроившийся в ложбинке между упругими выпуклостями, отчего стремительно побледнел. Кинув взгляд на руки Кати, совсем сник.

Ягужинский правильно понял фразу Тамары и сразу же сбросил нагловатый тон.

– Может, когда вы соберетесь с пляжа, уделите нам пару часов своего внимания? – Ягужинский, в отличие от Фризена, не страдал чувствительностью и скромностью. И хорошим зрением вдобавок. – Мы согласны встретить вас на выходе. Здесь, недалеко от пляжа, есть замечательный ресторанчик. Признаюсь, принадлежит нашей семье.

– Как-то неожиданно, – Тамара подняла правую руку и повертела ее перед собой, словно рассматривала маникюр и состояние своих колец. – Что думаешь, сестричка?

Ягужинский наконец рассмотрел, какие кольца на руках незнакомой и приглянувшейся ему девушки. Понять провинциального аристократа было можно. Далеко от столицы, в императорский дворец приглашают в лучшем случае раз в год на великий праздник, вот и приходится развлекаться поездками в Шведскую Корону или в Германию. За новостями Леонид не следил, и о свадьбе старшей дочери великого князя только слышал. Княжну Тамару он должен был знать, но в ослеплении совершенно потерялся и не сразу сообразил, что влип. Ладно, Катя. Ее фото медийные структуры не опубликовывали, строго придерживаясь закона о нераспространении личных данных высоких особ.

Но кольцо с малым императорским гербом известно любому захолустному дворянину. Даже Фризен сообразил быстрее и теперь, отступив на пару шагов назад, чуть не уткнулся в водителя, скрестившего мощные руки на груди.

«Шубин – молодец, – еще раз с теплотой подумала Тамара, – он-то как раз понял, кого нелегкая несет к нам, и не стал препятствовать грубой силой. Впрочем, я могу дать команду – и мальчиков просто отведут на подобающее расстояние и порекомендуют больше не лезть, куда не разрешено. Однако граф совершенно не прививает своему наследнику чувство такта и осторожности».

– А почему бы и нет? – Катька включила все свое обаяние и улыбнулась, отчего Фризена бросило в дрожь. – Не валяться же целый день под солнцем!

Ягужинский проглотил слюну и обернулся, окончательно сложив два плюс два. Никому не хотелось скандала на глазах у многочисленной респектабельной публики. Здесь наверняка были важные господа из Петербурга или Москвы, но ни один из них не подошел к девушкам почтить их вниманием, соблюдая приличия. Что теперь подумают о Ягужинских? Мужланы, деревенщина, хоть и с гербом. Поперся, увидев красивых барышень, как только они показались на пляже. Ох, болван!

– Дайте мне возможность загладить свою вину, – Леонид дураком не был и задавил свою природную и аристократическую гордость. – И приглашаю вас в «Океанскую волну». Если вы не против, через полчаса мы будем ждать вас на выходе. Пройдемся пешком, это недалеко. Извините еще раз! Отдыхайте и развлекайтесь!

Парни откланялись и потопали в обратную сторону. Фризен опустил голову, а Ягужинский что-то старательно ему выговаривал.

Шубин кивнул своим подчиненным и отошел вместе с ними подальше от лежаков.

– Н-да, – Катька стянула очки и вцепилась белоснежными зубами в дужку, – совершенно испорченный молодой человек. Мне даже неловко. Стоит высоченная башня и пялится на меня. Такое ощущение, что взглядом всю раздел.

– Привыкай, – усмехнулась Тамара. – То ли еще будет. Мальчик нескромен, несмотря на провинциальность.

– А с каким апломбом подкатил, – поддакнула сестра. – Ну что? Сходим, попробуем мидий в лимонном сиропе или каких-нибудь моллюсков?

Ягужинский и Фризен ждали их, как и обещали – возле выхода с пляжного комплекса. Шубин только спросил, где находится ресторан, после чего послал водителя за машиной, чтобы тот подогнал «ладогу» к «Океанской волне». А сам вместе с Николаем сопровождал молодых людей, пока те неторопливо шли по широкому тротуару и о чем-то разговаривали.

Появление Леонида с двумя очаровательными барышнями вызвало небольшую суматоху среди персонала. Администратор – пожилой мужчина с аккуратной седоватой бородкой – слегка поклонился и заученным голосом конферансье объявил, что рад видеть в заведении высокородных столичных гостий, отчего у Тамары возникло стойкое подозрение: Ягужинский успел предупредить своих людей о появлении в их городе дочерей великого князя Константина. Как любящая дочь, она в душе гордилась отцом, что он такой известный после дядюшки-императора. Ну, иначе и нельзя. Лицо общественное, представитель власти. А вот дядя Михаил всегда старался оградить свою семью от излишнего внимания, что не шло на пользу детям. Иногда Тамара жалела Лизу и Софию – своих двоюродных сестер. Девчонки достойны большего, а их маринуют в семейном имении. Может, попробовать их растормошить? Дядя Миша, слава Перуну, одумался и не стал выдавать замуж старшую – Софию. К всеобщему облегчению домашних. Кстати, партия была неплохая: какой-то богатый француз, владеющий чуть ли не половиной виноградников империи.