– Не-е, ни за что! – заверил его капитан Вальвик, ободряюще улыбаясь. – Ему там безопасно. Йа его привалил к переборке, ха-ха-ха! Передавайте мне коробку, мисс Гленн. А, да вы дрожите! Не надо выходить сюда без пальто. Так что давайте мне коробку и уходите в тепло. Теперь уже нечего бояться, потому что мы…

– Капитан Уистлер, сэр! – раздался чей-то голос прямо у них над головой.

У Моргана душа ушла в пятки. Он таращился на сообщников, застывших на месте и не осмеливавшихся даже поднять глаза. Голос, похоже, доносился с верхней площадки трапа, ведущего на палубу B, рядом с которым стояли Уоррен и Вальвик. Их скрывала густая тень, однако Морган опасался самого худшего. Он покосился на Пегги, которая окаменела, держа стальную коробку так, словно это бомба. Он прекрасно понимал, что творится у нее в голове. Она поглядела на леерное ограждение, явно собираясь вышвырнуть коробку за борт, и он отчаянно замахал руками, останавливая ее. Морган чувствовал, как сердце бешено бьется о ребра…

– Капитан Уистлер! Сэр! – снова прокричал тот голос, на этот раз громче. Море загрохотало ему в ответ. – Могу поклясться, – продолжал голос, и Морган узнал по интонациям старпома, – я слышал что-то там внизу. Что же могло случиться со стариком? Он сказал, что пойдет наверх…

Остаток фразы унесла буря, а после послышался второй голос, весьма похожий на голос судового врача. Он сказал:

– Я слышал, как кричала женщина. Вы же не предполагаете, что наш старик затеял интрижку с какой-нибудь дамой, правда? Может, нам спуститься?

Ноги зашаркали по железным перекладинам трапа, но старпом возразил:

– Да не важно. Должно быть, померещилось. Мы лучше…

И в этот момент, к ужасу небольшой компании, рядом со стеклянным заграждением, бесчувственное тело капитана приняло сидячее положение.

– …?! – выругался капитан Уистлер, поначалу действительно слабо и сипло, но постепенно набирая громкость, по мере того как мозги вставали на место. – …! – Он хватал ртом воздух, хлопал глазами, а затем, когда осознание произошедшего обрушилось на него всей тяжестью, он воздел к небу дрожащие руки и облегчил душу в единой хриплой тираде:…!..!!!..?! ВОРЫ! УБИЙЦЫ! НА ПОМОЩЬ!

– Доигрались, – выдохнул Морган безумным шепотом. – Скорее! Остался только один… Ты чего? – спросил он, уставившись на Пегги Гленн.

Девушка, лишь разок ойкнув, больше не колебалась. Прямо у нее за спиной был приоткрытый иллюминатор чьей-то каюты. Когда судно в положенный момент качнуло в нужном ей направлении, она метнула стальную коробку внутрь. В каюте было темно, и они услышали, как коробка громыхнула об пол. Даже не поглядев на остальных, оторопело наблюдавших за ней, Пегги развернулась, чтобы бежать, когда Морган перехватил ее…

– Черт меня побери! – проговорил голос с верхней площадки трапа, словно выходя из оцепенения. – Да это же наш старикан! Идемте!

Морган зашикал, сгоняя в кучу своих подопечных, словно цыплят. Он быстро заговорил, прикрываясь грохотом очередного вала и даже не зная, расслышат ли они его:

– Не убегайте, болваны, а то Уистлер вас увидит! Он пока еще не в себе… Держитесь в тени, топайте погромче, как будто вы услышали его крики и спешите на помощь издалека! Перекрикивайтесь! Не молчите! Бегайте кругами…

То был старинный трюк из детективов, и Морган понадеялся, что он сработает. А уж его товарищи расстарались вовсю. Капитану Уистлеру, который сидел на палубе, продирая опухшие глаза, должно быть, показалось, что ему на выручку движется кавалерийский полк. Грохот поднялся ошеломительный, и капитану Вальвику удалось особенно реалистично изобразить лошадь, несущуюся галопом издалека и постепенно приближающуюся. Отважное трио Моргана перекрывало рев урагана своими возгласами: «Что случилось?», «Что там?», «Кто ранен?». И на нос корабля они поспели как раз к тому моменту, когда старпом с судовым врачом вынырнули из сумрака, шурша дождевиками и поблескивая золотыми кокардами на фуражках. Повисла тишина, пока все хватались за подходящие опоры и пытались отдышаться. Старпом, наклонившись, щелкнул фонариком. Единственный здоровый глаз – неповрежденный, хотя и жутко выпученный, – злобно сверкал на них с физиономии, напоминавшей смелое творение художника-футуриста. Капитан Уистлер тяжело дышал. Моргану на ум пришло сравнение с циклопом, а еще мысль об апоплексическом ударе. Капитан Уистлер сидел на мокрой палубе, опираясь на руки, и фуражка, сдвинутая на затылок, каким-то чудом держалась на коротких седых волосах. Он ничего не говорил. Был не в силах в данный момент вымолвить ни слова. Он только тяжел дышал.

– Чтоб тебя! – прошептал старпом.

Снова повисла тишина. Не сводя глаз с пугающего лица капитана, старпом украдкой поманил к себе судового врача:

– Я… э… – Он умолк. – Что же случилось, сэр?

Жуткий спазм и дрожь прошли по лицу и груди капитана, словно землетрясение перед извержением вулкана. Однако он все еще молчал, продолжая дышать с присвистом. Глаз циклопа таращился в одну точку.

– Ответьте нам, сэр! – поторапливал старший помощник. – Давайте я помогу вам встать. А то вы… э… простудитесь. Что случилось? – с недоумением повторил он, оборачиваясь к Моргану. – Мы услышали…

– И мы тоже, – подтвердил Морган, – и прибежали на помощь вместе с вами. Не знаю, что с ним произошло. Должно быть, упал с мостика или что-то в этом роде.

Пегги протиснулась вперед между темными фигурами.

– Да это же капитан Уистлер! – воскликнула она. – О, бедняга! Какой ужас! Что же с ним стряслось? Слушайте… – Похоже, ее охватило нехорошее предчувствие. Хотя она и понизила голос, волны теперь вздымались лишь с равномерным шипением, и ее испуганный шепот лично Уоррен услышал отчетливо: – Послушайте, надеюсь, бедняга не напился?