– Ишь ты, “разберись”. А ты мне скажи, Седяга, как давно духам дары не носили? А? – спросил он.
– Мы… это… носили. Почитай, каждую четвёртую субботу… ну, почти каждую. – Седяга отвёл взгляд, но тут же затараторил: – Это проклятье, Боримир, клянусь! Не иначе как лесные твари взбесились, слышь! Наверняка лешак с русалками чего удумали. А может, и что похуже – в ночи свет видели на той стороне леса где Великая Ольха. Она всегда защищала нас. Под ней свадьбы играли, урожай справляли, к ней шли, если беда. А теперь её листья облетели, кора почернела. Люди боятся, что проклятие на нас.
