Побыв на даче несколько дней, вернулись в Киев. Отпраздновали день рождения артистки дома у её семьи. Снова очень душевно посидели. Когда шли домой пешком, молодой человек спросил:

— Алиса, почему твои родители развелись?

— Мама отдыхала в санатории и влюбилась в Петра Павловича. Она подала на развод. Папа не стал возражать. Сейчас он живёт в Румынии в Бухаресте. У него жена чистокровная румынка. Зовут Луминица и их общая дочь Сперанса. Папа занимается музыкальным бизнесом. Он тоже продюсер.

— Какая хорошая у тебя семья!!! — восхитился Толя.

— Я тоже очень рада, что они понравились тебе, — улыбнулась девушка.

— Как жаль, что я незнаком с твоим отцом!!!

— Ничего, ещё познакомишься.

— Ты когда — нибудь бывала в Румынии?

— Да. Раньше я ездила туда каждый год. Папа оплачивал мне туда поездку и месяц моего проживания там.

— В этом году тоже поедешь? — с тревогой спросил звукорежиссёр.

— Нет. У меня не получилось из — за гастролей. Ещё я не хочу ехать из — за тебя. Я только — только обрела свою любовь и совсем не хочу терять её.

Влюблённые договорились, что в будущем году поедут в Румынию знакомиться с папой.

Октябрь очень быстро подошёл к концу. Начался ноябрь, а вместе с ней очень трудная работа, тем более, что за долгое время отдыха «Зелёному небу» и Алисе было очень трудно перестраиваться и включаться в рабочий процесс.

Снимали три новых клипа. Только заканчивали снимать один, начинали снимать следующий. Девушка настолько уставала, что у неё не всегда хватало сил даже поужинать. Она так и засыпала в одежде. Толе приходилось заниматься домашним хозяйством, что он безропотно и делал. Его сердце сжимали горечь и боль оттого, что он совсем ничем не мог помочь артистке. Мужчина всё время порывался это сделать, но она запрещала ему это, мотивируя это тем, что Кучеренко может загубить их карьеры. А оно им надо?

К этому ещё добавлялась жгучая ревность оттого, что певицу постоянно осаждала толпа поклонников. Некоторые были стеснительными, некоторые понаглее. Бедному звукорежиссёру приходилось почти каждый день гонять их из своего подъезда прочь. Но всё же он готов был всё терпеть, лишь бы Алиса была с ним рядом.

Приближался Новый год.

Как — то в приподнятом настроении девушка явилась на встречу со своим продюсером, чтобы получить от него новые указания по поводу своей работы. У входа она заметила чью — то шикарную машину чёрного цвета. Она раньше никогда тут её не видела.

На землю падали крупные снежинки. Они тихо ложились на землю, никому ничего не говоря. Да они и не могли бы сказать, даже если бы жители всего мира пожелали бы именно это так, как они были неживые.

Певица быстро зашла в кабинет Кучеренко.

Посредине стоял большой письменный стол. На нём стоял компьютер. Рядом находилась статуэтка в виде красивой девушки.

Там уже была вся её группа. Он начал давать им ценные указания. Как вдруг дверь открылась. В комнату вошёл красивый парень примерно Алисиных лет, но у него был такой наглый вид, что сразу можно было понять, что он считает своим всё и вся вокруг. Волосы были чёрные, глаза точно такого же цвета, курносый нос и полные губы. Его надменный взгляд казалось говорил, что он может позволить себе купить всех вокруг. Он мазнул пренебрежительным взглядом по лицу Алисы и перевёл взгляд на Кучеренко.

— Отец, — требовательным тоном произнёс он, — извини, но мне некогда ждать окончания твоего совещания. Дай мне денег и я поеду. — Он протянул ему руку в ожидании наличности.

— Антон, — повысил голос продюсер, — выйди вон! Я кому сказал русским языком, приезжай за деньгами в конце месяца. Сейчас их у меня просто нет. Я тебе не банкомат, я их не печатаю.

— И всё же я не уйду, пока ты не дашь мне денег. Они мне нужны позарез. Я вот ни капельки не верю, что ты совсем ничего не заработал на своих подопечных. Дашь денег — только меня и видели. Как всегда, ты же знаешь.

— Ладно, будут тебе деньги. Держи.

Виктор Викторович встал со своего кресла, пошёл к сейфу, открыл его и вручил ему деньги.

— Отец, спасибо, всё понял, ухожу. До следующего месяца ты больше не увидишь меня.

— Очень хотелось бы, — буркнул продюсер.

— Не бойся — не увидишь. Чао, девчонки. — Наглец послал Вике и Алисе воздушный поцелуй. — Может, с вами свидимся гораздо раньше. Даже в этом месяце.

Антон улыбнулся им очаровательнейшей улыбкой. У него после папиной подачки резко улучшилось настроение и скрылся за дверью.

— Не хотелось бы, — пробормотала Вика.

— Мне тоже, — тихо сказала солистка. — Он мне совершенно не понравился.

— Ребята, извините, — сильно смутился Кучеренко, — это мой единственный сын Антон от моей покойной жены. Она рано умерла: больное сердце. Я жалел его потому, что рос один без матери и сильно избаловал его. Старался ни в чём не отказывать ему. Результат налицо — теперь Антон видит во мне только удовлетворение своих денежных нужд. Я ему нужен только, когда у него заканчиваются деньги.