— На некачественную жвачку ступила? — спросил — Ладно, молчу. Вытаскивай ногу.

Киви дёрнулась так резко, что по инерции сделала несколько шагов и свалилась за крыльцо.

— Ты там как? — голос Джека.

— Живая, — француженка встала сначала на колени, потом на ноги. Босая конечность среди подросших желтых травинок и сухой земли, радовала глаз, как никогда в жизни.

— Твой кроссовок отлетел. Подожди.

Бармен скрылся в темноте гостиной, а Киви забралась на крыльцо, любуясь закатом. В городе она уже не увидит подобное зрелище. Там, как и везде, солнце выходит из за крыш и редко создаёт иллюзии чего-то волшебного.

— Джек, ты там поселиться решил? Забудь про кроссовку у меня в рюкзаке шлёпки!

Ей не ответили.

— Джек? Дже-е-е-к?

Киви повернулась к всё ещё распахнутой двери. Разглядеть что-либо за ней было невозможно. Уже начало темнеть.

— Джек, это не смешно. Вылазь, давай.

Француженка облизала верхнюю губу. Пойти проверить? Но почему так страшно?

Девушка максимально близко подобралась к проёму и подсветила темноту дисплеем рации. В метре от входа на деревянные доски были пусты.

— Джек? Джек, я иду, только не пугай меня.

Киви сделала несколько смелых шагов в темноту и застыла посреди пустой гостиной. Дисплей она навела наверх, поэтому легко разглядела скомканный в ногах комбинезон и журнальный столик с табуретками.

Значит в спальне.

Не смотря на закат, вторая комната будто погрузилась в тьму. Киви попробовала прошлую тактику, но свет затерялся где-то над головой, так и не доходя до потолка. Тогда француженка стала подсвечивать доски под ногами, идя вперёд, пока не наткнулась на полог кровати.

— Джек?

Она посветила на простыни, на тумбочку, на пол вокруг, но ничего не нашла.

Сердце и так испуганное до крайности, забилось с новой силой. Волна паники накрыла разум. Бежать. Надо было бежать!

Киви резко повернулась на пятках и засеменила к двери. Господи, где же была дверь? Шаг, второй, третий. Она должна была упереться хотя бы в стену!

— Успокойся, успокойся, всего этого нет, все это нереально…

Но разум отказывался принимать эту прогулку по нескончаемому коридору.

Глава 8

Киви встретила утро в постели, будто ничего и не было.

Жёсткая простынь валялась на полу. Рация на тумбочке. Нетронутые запасы воды под кроватью.

Складывалось впечатление, что с каждым днём её откидывало куда-то назад в прошлое. А ведь скоро Новый год!

Француженка набрала номер бара.

— Да?

— Джек? Это ты?

— О, юная мисс, — это был голос бородатого — Джек сегодня не пришёл. Наверное, приболел.

— А, понятно. По рации к нему можно дозвониться?

— Нет, увы. Но я скажу ему, чтобы связался с тобой, когда придёт.

— Хорошо! Спасибо!

Пик.

Значит, приболел. Да, вполне возможно.

Киви сладко потянулась и поплелась на улицу. Со стороны травы пахло гарью, будто где-то потушили пожар. Француженка подпрыгнула на месте, но так ничего и не увидела. Разве, что в глазах защипало.

Покончив с туалетами, она вернулась в гостиную и споткнулась о джинсу. Комбинезон валялся посередине комнаты вместе с черными ботинками и скомканной рубашкой.

— Блин.

Киви ткнула их ногой, затем прошлась пальцем. На ощупь они были почти настоящими. Почти. Складывалось впечатление, что их сутки напролёт варили в кипятке. Такой мягкой была ткань и кожа.

Сбоку скрипнула доска. Киви резко оглянулась, сваливаясь на пятую точку. Она была готова зуб дать, что только что видела тень в углу. И чью именно, было не сложно догадаться.

— Шизофрения, мать моя родная, — на распев произнесла она и удивилась, как только может веселиться в мёртвой тишине — Господи, не гневайся на рабу твою. Избави от болезни.

Ещё один скрип, теперь уже за спиной. Потом снова сбоку. Сверху. Киви чертыхнулась и поползла в хорошо освещённую спальню. Почему-то она рассудила, что если выйдет на улицу, то зайти обратно внутрь духа не хватит.

И была права, потому что уже через несколько секунд тень безошибочно начала маячить в проёме двери. Её будто качало ветром то в одну сторону, то в другую. Закрыть глаза девушка не решалась, а боковым зрением наблюдать за подобной картиной было верхом мазохизма.

— Ну, иди сюда, плод моих фантазий, продукт больного мозга. Дай на себя посмотреть, что ли.