Глава 11

Дзынь. Дзынь.

— Кто там? — мужской голос за дверью.

— Ээ… — Киви поправила берет на голове — Меня зовут Киви. Я подруга Анни.

Париж встретил её традиционным дождём и неглубокими лужами. Девушка мчалась по мостовым, сменяя транспорт в переулках. Прямого маршрута до дома подруги не существовало. Но если раньше эта мысль вызывала в Киви чувство яркой неприязни, то теперь знакомый путь к почти родным дверям показалась ей дорогой в Рай. Может ничего и не изменилось? Окрестности Парижа, как и сам центр горда, на который она взглянула лишь мельком, не потерпели серьезных изменений. Чуть больше магазинов техники, чуть меньше книжных и ни одного курящего на улице. Вот и все перемены.

Дубовая дверь со скрипом открылась. На пороге стоял мужчина средних лет в белой рубашке и брюках. В руке он держал ленточку синего галстука. Судя по всему, торопился.

— Хреновая вы подруга.

Дверь захлопнулась с необычайным грохотом прямо перед носом девушки. С потолка длинного коридора посыпалась известка.

«Что за хрень? Кто этот шут?».

Через несколько минут ей все же разрешили зайти. Слава бабушке Бриджит! Эта то точно ни за что бы не отказалась от своей квартиры в Париже! Даже живя вдесятером, семья Бланш не спешила расширяться где-то за городом, обменивая столичную двушку.

— Киви, дорогая! Это ты! — старушка пощупала девушку за руку и провела в гостиную. По дороге ей снова встретился тот мужчина — Садись, крошка. Чай?

— Спасибо. Не откажусь. Я пришла увидеть Анни.

Старушка ушла на кухню. Минут десять она оттуда не выходила. Киви рассматривала комнату. На стенах висела фотографии и дилетантские рисунки карандашом. Мужчина средних лет, судя по всему, был мужем кого-то из сестёр подруги. На снимках присутствовали две девочки. Почти одинаковые на первый взгляд, а вот с веснушками только одна.

— Вот, — Бриджит вернулась с двумя чашками чая — Ну, Киви, как жизнь? Чем занималась?

— Жила на острове в Канаде, — честно ответила — Пыталась найти мать.

— И как? Мишель не рассказывал о ней.

— Действительно. Поиски не увенчались успехом, — Киви отпила из чашки, чувствуя, как становится тепло от одной беседы с пожилой женщиной. Наконец-то она могла поговорить о семье! С кем-то кто знал её и отца! — Да у меня и не было ориентиров, кроме ключа от дома, да адреса.

— Ты нашла дом?

— Да. Жила там. Долго. Но матери не видела.

Старушка снова покачала головой.

— А как у вас тут? — спросила Киви — Где Анни?

— Она родила. Двоих. Красивые девочки, да? — Бриджит поставила на стол рамку с фотографией — Киви родилась на две минуты раньше. Младшенькую назвали Жизель.

— Господи, — Киви обомлела — Так это её дети? Она же не в честь меня…

— Да, — Бриджит улыбнулась, но как-то слабо.

— Что с Анни? Где она? — повторила свой вопрос — Надо же! Она теперь мать, а я и не знала!

Бабушка накрыла руку Киви своей ладонью и спокойно сказала:

— Умерла, она душенька. При родах умерла.

Киви поперхнулась чаем.

— Тише. Уже семь лет прошло. Мы и забыли почти, — старушка поплелась к шкафу за сладким — Муж вот её, Тео, теперь с нами живёт. Детей воспитываем вместе. Старик мой отошел год назад.

— Мои соб-болезнования, — Киви протерла рот салфеткой, все ещё не веря в услышанное — Но как… а как же другие ваши дети?

— Разъехались кто куда, — старушка пожала плечами — Семьи свои завели. Знаешь, а ты будто и не изменилась совсем. Хорошо там было небось на острове, да? Климат другой. Нашла хоть себе муженька?

Слова старушки резали душу. Не отдыхать она ездила. И не деньги отца транжирить. Молодец Анни, что ничего не сказала. Молодец… только вот как теперь без неё? Всю дорогу сюда она даже не думала, что молодая, энергичная девушка, её ровесница, могла не дождаться её. Неужели им не хватило денег на нормальную больницу? На операцию? Или Анни заболела и…

— Нет… нет, — Киви закрыла лицо руками, усиленно моргая — Послушайте, на каком кладбище…

* * *

«…В эфире TravelRadio. 22:00 в столице…».

Киви крутанула баранку, заворачивая на гору. Впереди маячила финальная цель её путешествия — Палаццо Амборджи — видневшийся над верхушками деревьев и точно поднявшийся на цыпочки и надзирающий за ее приближением. Киви медленно проехала вниз по улице. Деревья и дом постепенно росли и росли, пока не стали нависать над ее головой. Под колесами заскрипел гравий, когда машина затормозила. Трепеща от волнений, француженка выключила двигатель и погасила фары. Стало тихо. И очень темно.