Мужчина посмотрел на обнаженные руки ее пары и присвистнул.

— Красивые татушки, чувак.

Его взгляд скользнул обратно к Рори, и он с улыбкой пожал ее протянутую руку.

— Я Ашер.

Эпилог

Винкула

Кай поблагодарил Лору за подарок, который ему сделали, и уставился на Рори. Она выглядела восхитительно в черном платье, а ее кроваво — красные губы заставили его разойтись по швам для простого поцелуя. Он надел кольцо Умбры на ее средний палец правой руки и поддался своим желаниям, прижавшись губами к ее губам.

Ее ладонь прижалась к его груди, и когда он откинулся назад, она надела ему на палец простое кольцо из обсидиана. Опухоль в груди ошеломила его, и он схватил ее за шею с обеих сторон, чтобы снова поцеловать.

Она была для него всем, и если кто — нибудь попытается отнять ее у него, королевства больше не переживут его.

— У меня есть для тебя подарок, — сообщила она ему с застенчивой улыбкой и сделала знак Беллине передать ей посылку.

— Ты не говорила мне, что мы обмениваемся подарками, — ответил он, осторожно забирая у нее коробку.

— Ничего особенного. Просто что — то, что даже магия не смогла заставить меня забыть.

Он подавил улыбку и понизил голос, чтобы слышала только она.

— Это твое платье с нашего первого Полнолуния?

Она хлопнула его по плечу, заставив его рассмеяться, и когда он снял оберточную бумагу и поднял крышку, простой предмет в коробке заставил его полюбить ее еще больше.

Сунув руку внутрь, он вытащил красную чашу.

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ПРОСМОТР «ЗАГЛУШЕННОЙ СУДЬБЫ»

Сэм и Стасси

Предварительный заказ «Заглушенная судьба» здесь

История Сэма и Стасси — это отдельный роман о Сферах Эфирной вселенной. Небольшая часть начала их книги будет содержать сцены, которые они разделяют в Вечности , а также другие сцены из их POV в рамках временной шкалы Вечности, не показанной в романе.

Ниже приведен небольшой отрывок из их книги, действие которой происходит непосредственно после эпилога Вечности, за которым следует официальная реклама.

Отрывок:

Стасси смотрела на мириады печенья, украшающих полки, пока шла по проходу в «Бери и уходи», маленьком круглосуточном магазине недалеко от ее дома.

— Снова вернулся? — спросил знакомый голос.

Кода, мальчик— кладовщик в возрасте поздних подростков, стоял позади нее с тележкой, полной печенья, которое нужно было пополнить.

Она указала на полки. — Я забыла печенье.

Ребенок помахал упаковкой ванильных вафель перед ее лицом. — Попробуй это, — предложил он. — Они мои любимые.

Она взяла их у него из рук и бросила в свою корзину. — Спасибо. Вздохнув, она еще раз оглядела полки.

Кода разложила еще печенье на полках, бросив долгий взгляд в ее сторону. — Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты приходила по крайней мере три раза в неделю в течение почти двух месяцев.

Приступ печали пронзил ее грудь, и ее зрение затуманилось. Она вслепую потянулась за другим пакетом печенья и бросила его в корзину. — Я кое— что забываю, — солгала она.

Раньше она никогда не умела хорошо лгать, но теперь она была экспертом.

Он перевел взгляд с нее на четыре упаковки печенья в ее корзинке. — Хорошо.

Слегка помахав рукой, она развернулась на каблуках и поплелась к кассе. — Увидимся через несколько дней, — крикнула Кода ей вслед.

Стоя в очереди, она рассматривала товары для импульсных покупок, сложенные рядом с конвейерной лентой, и когда подошла ее очередь, Верлон, кассирша, улыбнулась. — Привет, Стасси.

Она повесила свою корзину на пояс. — Привет. Насыщенная ночь?

— Не совсем, — ответил он. — Ты мог бы убраться отсюда быстрее, если бы пошел в очередь Элани. Он кивнул головой в сторону кассы рядом со своей.

Ее лицо вытянулось. Она хотела сказать ему, чтобы он не совал нос не в свое дело, но он этого не заслуживал. Тем не менее, все знали, что она пользовалась только этой кассой, какой бы длинной ни была очередь.

Расплатившись, она быстро схватила свои вещи. — Спасибо.

Верлон доброжелательно улыбнулся, или, может быть, она увидела жалость. — Скоро увидимся.

Ночной воздух коснулся ее, когда она толкнула дверь, и она посмотрела на небо. Она ненавидела лгать Коде, когда он спрашивал, почему она вернулась. Что она должна была ему сказать?