Глаза Сэм вспыхнули, и он прищурился. Судя по лицу Ангела, Кай сказал ей правду.

— Я знаю, что он король Умбры, — добавила она.

— И я знаю, что мы были вместе и что женщина по имени Нина пыталась меня убить.

Сэм что — то пробормотал себе под нос, качая головой.

— Он мне снится, — продолжила Рори.

— И выражение твоего лица подтверждает, что это правда.

Она тяжело сглотнула.

— Мой разум вспоминает и показывает мне через мои сны, не так ли?

Его глаза метнулись к ней.

— Я не могу рассказать тебе, что произошло в Винкуле. Это противоречит правилам Серафимов.

— Кем была Нина? — она попыталась снова. Его лицо оставалось стоическим, ничего не выдавая.

Черт.

— Не задавай мне вопросов.

Сэм сполоснул свой стакан, поставил его в посудомоечную машину и вышел из комнаты, оставив ее злиться.

Было очевидно, что он не сдвинется с места, и оставаться в неведении было не вариантом. Рори направилась в гостиную, стремясь поскорее покинуть дом, но, как заметил Сэм, было еще слишком рано, чтобы что — то открывалось. В любом случае, она не знала, куда пойдет.

Когда она упала на удобный диван, ее мысли вернулись к прошлой ночи.

Кай сказал ей надеть платье сегодня вечером. Это казалось глупым, но она сделает это. Ей нужно было пройтись по магазинам в поисках самого сексуального платья, которое она смогла найти. Ее глаза закрылись при воспоминании о его губах на ее губах. Ее должно было беспокоить то, как легко она поверила, что он не убивал Кору, но что— то внутри нее доверяло ему.

Коварная улыбка расплылась по ее лицу, когда она разыскала Сэма, с радостью сообщив ему, что они идут за покупками. Ему бы это не понравилось.

Ее улыбка погасла, когда он протянул книгу.

— Ты оставила это в машине.

Кожаная обложка была гладкой на ощупь, когда она взяла ее из его протянутой руки.

— Спасибо.

Она была слишком отвлечена событиями во время их игры. Другая мысль пришла ей в голову.

— Почему это было у меня в машине в ночь, когда я возвращалась из Винкулы, если я никогда не брал это с собой?

Стоическое выражение лица Сэма не изменилось.

— Я не знаю.

Отнесла ли она это в Винкулу, и если да, то как? Дьюм арестовал ее в баре, и у нее была только ее маленькая сумочка.

— Разрешено ли заключенным приносить вещи обратно?

— Нет.

Он не предложил никаких объяснений, и у нее возникло искушение швырнуть в него книгой, но вместо этого она побежала наверх в свою комнату и бросила ее на кровать.

Когда она вернулась, Сэма не было в гостиной, и она крикнула:

— Мне нужно сегодня пройтись по магазинам!

Он вошел в комнату с недовольным видом, и она поджала губы.

— Мне нужно новое платье.

— Мы отправимся в разумное время, — проворчал он и многозначительно посмотрел на витрину.

— Магазины еще не открыты.

Она кивнула и направилась на кухню.

— Я знаю. Ты хочешь позавтракать?

Взгляд, которым он одарил ее, был полон крайнего замешательства.

— Ты видела, как я уже завтракал.

Она уставилась на него, вспомнив сырые яйца.

— Ты отвратителен.

В его глазах плясали веселые огоньки.

— Во мне много чего есть, но отвратительного среди них нет.

Протиснувшись мимо нее, он открыл холодильник, чтобы взять ингредиенты.

— Ты любишь омлеты?

— Все любят омлеты, — ответила она и, приготовив чашку кофе, скользнула на табурет у кухонного островка. Он спокойно готовил, пока она наблюдала за ним. Ангел был большим мягкотелым, даже если бы он умер, прежде чем признал это.

Тарелка звякнула о столешницу, когда он поставил ее на стол.

— Ешь.

Глядя на тарелку, чувство дежавю вернулось.

Ее глаза были прикованы к еде.

— Тебе это не нравится? — спросил он, прерывая ее накручивание спирали.

Подняв на него глаза, она попыталась разобраться в своих чувствах.

— Ты давал мне еду раньше.

Его лицо не подтвердило, но и не опровергло ее догадку.

— Ешь, — повторил он и вышел из кухни.

Сначала хватание за руку, теперь еда. Были ли они друзьями?

Быстро поев, она достала телефон и написала Сере, чтобы та помогла ей провести мозговой штурм способов восстановления ее воспоминаний. Другие ее друзья попытались бы остановить ее — может быть, не Кит, но он рассказал бы Корди, а она не согласилась бы и рассказала бы Дьюм.