Шрифт:
— Аврор, у нас совсем нет времени, у регистратора все расписано по минутам! — подходя ко мне возмущается мама. — Кто это?
— Мам, я все объясню позже, но сейчас вы должны оставить меня одну, — я чувствую, что в данный момент происходит что-то очень важное. — Возвращайтесь к гостям, я — скоро вернусь.
— Аврора! — снова восклицает она, недовольство плещется в глазах, но сзади приближается папа, обнимает ее за плечи, и она уже тише добавляет: — У тебя максимум минут пять…
— Хорошо-хорошо, — успокаиваю их обоих.
Перед тем как папа ее утягивает обратно во дворец, мама еще несколько секунд подозрительно на меня посматривает, а я, не теряя времени, спускаюсь по лестнице и направляюсь в сторону места встречи.
Удаляясь от свадебной суеты, прохожу по длинной дорожке из туй, которые растут так плотно, что образуют живой забор. Когда их стройный ряд заканчивается, поворачиваю и выхожу на небольшой пригорок, откуда открывается великолепный вид на гладь водоема и его противоположный берег. Солнце даже припекает своими теплыми лучами.
У меня внутри все трепещет и ликует! Ратмир — какое редкое и красивое имя… Надо же, он все-таки нашел меня! Он меня нашел! А я уже почти потеряла надежду, что мы когда-нибудь встретимся. Сотрудник спецслужб, с ума сойти! А мне и не хотелось верить, что он мошенник или бандит.
«Радуешься? А ты уверена, что он сотрудник спецслужб? — прорезался ехидный внутренний голос. — Корочку-то он тебе не показал!»
Да и не нужна мне никакая корочка! Все и так ясно!
Что же будет дальше?..
А еще у меня есть стойкое ощущение, что мне знакомы его черты лица, и что-то неуловимо-знакомое в интонациях его речи… Но вспомнить никак не получается…
Носком белоснежной лодочки я осторожно поддеваю пышный ковер из шуршащих листьев. На некоторых ветках сверкают жемчужные нити паутины, смотрю сквозь их сетчатое плетение и, улыбаясь, щурюсь от солнца…
Господи, как же хорошо!..
Вдруг сзади раздается шорох, и не успеваю я повернуться на этот звук, как получаю сильнейший удар по голове и свет мгновенно меркнет в моих глазах.
Глава 19
Сознание возвращается медленно и неохотно, мне трудно дышать.
Чувствуя тупую боль в области затылка и противное головокружение, открываю глаза. Лежу на заднем сиденье джипа в позе зародыша, уткнувшись носом в обивку и какую-то куртку, сверху я укрыта чем-то плотным, похожим на зимний бушлат. Печка жарит нещадно, негромко звучит шансон, пахнет табаком и кожей. О том, что мы едем, я догадываюсь только по легкому покачиванию. От духоты и этой качки меня начинает мутить сильнее.
Что за дурацкие шутки? И, интересно знать, чьи?
С трудом пошевелив затекшими пальцами, пытаюсь ощупать ушибленное место. Но мои руки и ноги крепко стянуты прочной грубой веревкой. Я в изумлении таращусь на свои путы — что происходит?! Сердце колотится в груди, и я готова поверить, что это всего лишь страшный сон, пока не осознаю с леденящим ужасом, что это реальность. Страшная невероятная реальность!
В голове проносятся события этого дня, и последнее, что я помню, оглушительный удар по голове в парке усадьбы.
За окном темнеет, не пойму, сколько я была в отключке…
Приподнимаюсь на локте, насколько это возможно, пытаясь разглядеть водителя из-за спинки сиденья. В тусклом свете приборной панели и мелькающих дорожных фонарей удается увидеть очертания мощных плеч, бритый затылок с плотно сидящей на нем бейсболкой, толстые пальцы, уверенно лежащие на руле. На этом силы меня покидают, я в изнеможении откидываюсь обратно, ударяясь головой о спинку, не в силах сдержать тихий болезненный стон — место удара саднит и ноет.
— А-а-а, очнулась, — протягивает водила, не вынимая сигареты изо рта. Окидывает меня быстрым взглядом и, отвернувшись, продолжает грубым прокуренным голосом: — Лежи смирно, скоро будем на месте.
От звука его голоса и интонации, с которой он это произносит, мне становится еще муторнее. Ничего хорошего вся эта ситуация не предвещает.
— Куда мы едем? Что вам надо? — собравшись с духом, все же осмеливаюсь я спросить.
— Узнаешь, когда приедем, — отвечает он, не поворачивая головы и зло усмехаясь.