— Да, через полтора часа поезд. Точнее… уже через час двадцать.

Мне показалось, что Света заскрежетала зубами.

— Ну нет, Юля! Я этого так не оставлю! Даже если ты потом на меня обидишься! — заявила она решительно и положила трубку.

Я испугалась, осознав, что она собирается сообщить о моём решении близнецам, и досадливо вздохнула.

Зря я ей позвонила!

Нужно скорее ехать на вокзал, там спрятаться в туалете и выйти за пять минут до отправления поезда. Даже если близнецы приедут — я смогу позвать на помощь и всё равно уеду, а в другом городе они меня уже не найдут.

Я вскочила с кровати, в последний раз обвела глазами комнату своего детства, и помчалась в прихожую.

Мобильный телефон зазвонил, когда Джордж уже подходил к подъезду. Парень посмотрел на экран и замер посреди тротуара, глядя на высветившееся имя.

Света Агафонова.

Позвонить Джорджу просто так лучшая подруга Юли не могла — не те у них отношения. Значит, у неё есть дело, и оно касается Юли.

Почему-то Джордж сразу подумал, что вот сейчас и сбудутся его предчувствия — и не ошибся.

— Алло, — произнёс он, и чуть не оглох — потому что Света почти орала:

— Джордж, тебе нужно срочно ехать на вокзал и остановить Юльку! Она собирается уезжать из города!

В груди моментально стало холодно и больно, будто туда залепили снежком.

— Куда?!

— Понятия не имею! Она не сказала! Только кучу чуши мне наговорила, что вы не должны ссориться из-за неё. А! И ещё — поезд через час двадцать минут!

Теперь Джорджа ещё и затошнило — потому что времени почти не оставалось. До вокзала минимум сорок минут, плюс на самом вокзале Юлю надо найти. А это не так-то просто, особенно когда не знаешь, куда она поедет.

— Ты сможешь выяснить, в какой город она собирается, Свет?

— Как? На картах погадать или на кофейной гуще?

Агафонова всегда язвила, когда нервничала.

— Нет, гадать не надо, надо точно. У бабушки её спросишь? Объясни, что я собираюсь Юлю остановить, но нужно точное время и, желательно, вагон. Я сомневаюсь, что Агния Витальевна поддерживает Юлину идею.

— А я не сомневаюсь — не поддерживает! Такой бред невозможно поддерживать!

— Вот именно. Спроси, хорошо? А я поеду на вокзал. Только Фреда с собой захвачу.

— А его-то зачем?

— Юля ведь сама не хотела, чтобы мы поссорились, — вздохнул Джордж нервно и устало. — А если я сейчас рвану на вокзал, и Фред всё узнает постфактум, точно обидится. Я ему по дороге заодно объясню… то, что Юля никак не может объяснить.

— Отлично! Давно пора! Главное — Юльку не упустить! Упустишь — я вас обоих сама так обижу, что мало не покажется!

Джордж усмехнулся воинственному тону Светки и пообещал:

— Если я упущу её здесь — поеду за ней. Перерою весь город, но найду. Обещаю.

— Отлично, конечно, но лучше не давать ей уехать, — огрызнулась Агафонова и положила трубку.

А Джордж побежал домой, надеясь, что за то время, которое он потратил, провожая Федю Клочкова и Олю Зимину, Фред никуда не ушёл.

Я не смогла просто так уехать — заехала на кладбище. Таксист деликатно обещал подождать, впрочем, ему это было не сложно — таймер тикал, стоимость поездки увеличивалась. Но понимая, что я не скоро побываю на могиле родителей и дедушки, я всё-таки решила рискнуть. Пробок не было, должна успеть, тем более, что наш участок был совсем рядом с забором.

Зашла на территорию кладбища, прошла по ближайшей аллее вдоль самых разных крестов — и наконец увидела наш. Один, с тремя именами. Так решили мы с бабушкой, и не только из-за денег — мы всегда были семьёй, зачем нам отдельные кресты…

Ограда была новая, её поставили недавно, месяц назад. Возле ограды бабушка заботливо высадила цветы, да и сама могила была ухоженной — ровно подстриженная трава, букет искусственных пионов в вазе, несколько свечей с крышками. Мы с бабушкой всегда зажигали их, когда приходили сюда.

Сейчас я тоже зажгла свечи. Вздохнула — жаль, что я не догадалась купить мамины любимые белые розы! — и с горечью посмотрела на фотографию рядом с вазой.

На ней были сфотографированы мама, папа и дедушка. Мы с бабушкой долго искали такую фотографию — чтобы они были именно втроём, без нас с ней. Купили под снимок крепкую рамочку со стеклом и поставили возле креста.