Посмеиваясь, он кивает.

— А мы этого не хотим.

— Нет. Но… а у тебя есть какие-нибудь?

— Какие-нибудь что?

— Фетиши.

С ухмылкой он откидывается на спинку стула и открыто оценивает меня, прежде чем наклониться очень близко ко мне.

— Не уверен, что назвал бы это извращением. Но у меня действительно есть очень специфические предпочтения, — бормочет он.

— Предпочтения? В чем?

— Давай посмотрим, насколько ясно я смогу объяснить это тебе и всем остальным в этом помещении, — говорит он, наклоняясь и прижимаясь своими губами к моим.

Сначала я реагирую с тревогой, но в тот момент, когда полностью осознаю наше соприкосновение губами, то восхитительный жар разливается по моему телу и заставляет меня вздохнуть, прижимаясь к нему, приоткрывая губы и позволяя ему поцеловать меня так, как я всегда мечтала, чтобы меня целовали. Медленно, мягко и чувственно. Конан кладет руку мне на затылок, его пальцы прослеживают линию моего подбородка, прежде чем он медленно отстраняется и проводит большим пальцем по моей нижней губе. Мои трусики серьезно собираются намекнуть о себе.

— Тебе нравятся женщины, похожие на меня, — шепчу я, когда он снова возвращается в поле зрения.

Он ухмыляется.

— Ты веришь, что сейчас меня интересуешь только ты?

Я киваю, но все равно наклоняюсь снова.

— Может быть, ты мог бы показать мне это еще раз?

Глава 4

Конан

— Каждой паре по очереди завязывают глаза, — говорит ведущая конкурса по украшению печенья и тортов, стоя на подиуме перед Heart Baker, пекарней Kismet Cove, организующие мероприятие. — Затем они будут украшать свою выпечку, в то время как их партнер руководит ими только голосом. Любое подсматривание приведет к дисквалификации. Лучшие и худшие рисунки получат призы.

Лола поворачивается ко мне с широко раскрытыми глазами.

— Это будет непропеченное и нелепое занятие, — говорит она со смехом, и я не могу удержаться, чтобы не протянуть руку и не откинуть её темные волосы с лица. Сегодня она выглядит чертовски очаровательно в своем красно-белом полосатом свитере и сочетающихся красных брюках. Первое, что приходит на ум, - леденец, что наводит меня на мысль о лизании, а потом: ну… мой член становится твердым, потому что я отчаянно нуждаюсь в этой женщине. Одной недели, проведенной вместе, будет недостаточно.

— Ах, но ты забываешь о лучшей части этой щекотливой ситуации, в которой мы можем оказаться, - говорю я, наклоняясь к ней очень близко.

Она приподнимает брови.

— Съешь их после?

— Уборка после, — шепчу я ей на ухо, чтобы слышала только она, — все, о чем я могу думать, это как своим языком буду слизывать остатки сладкой глазури с твоих пальцев. И это мы еще даже не начали.

— Оу, — она вздрагивает, прижимаясь ко мне, её тихий стон возбуждает меня так, что молния на штанах вот-вот оставит отпечатки на моем члене, — мне нравится, как это звучит.

Она смотрит на меня, как раз в тот момент, когда я поднимаю повязку и держу у неё над головой.

— Готова?

Она кивает, и я опускаю черную атласную повязку ей на глаза. Наблюдать за ней такой, во многом напоминает мне сон, который я видел прошлой ночью. Она лежала в моей постели, её руки были привязаны к столбикам кровати, на глазах был завязан кусок шелка, а я встал на колени между её ног и наслаждался её телом, пока не проснулся и не бросился в ванную, чтобы не испачкать постель.

Вчера вечером, после бала-маскарада, я поступил как джентльмен и проводил её обратно в комнату, поцеловав на прощание у двери. У нас такая связь, что я был уверен: останься я еще на мгновение, она пригласила бы меня войти, и мы бы воплотили эту мечту в реальной жизни. И, возможно, я сумасшедший, что не делаю этого, ведь у нас здесь осталось всего несколько дней. Но есть большая часть меня, которая хочет большего, чем просто провести с ней оставшееся время. Часть меня, которая хочет узнать её, прежде чем я получу.

Каждый из нас пришел сюда по просьбе друга или родственника, который действовал из лучших побуждений и надеялся, что эта неделя одиночек приведет нас к нашей вечной любви, и хотя я изначально не думал, что это возможно. Но момент, когда встретил Лолу поменял моё мнение. Теперь я хочу всего этого…

— Расскажи мне обо всем, что окружает меня, — говорит Лола, старательно постукивая по столу, дотрагиваясь до предметов, лежащих перед ней, и ожидая, когда я объясню, что это такое. Мы решили украсить печенье, потому что думали, что оно с меньшей вероятностью разобьется, чем кекс, но первое, по чему Лола прикасается рукой, - это печенье, и два из них ломаются.