Когда он наклонился к ней, обнимая её за талию и касаясь губами пульса на шее, Блэквелл прошептал:

— Ты выглядишь восхитительно этой ночью.

Офелия мгновенно вернулась в реальность, как раз в тот момент, когда столкнулась с чьей-то спиной.

Нет, не просто с кем-то — с Кэйдом.

Он смотрел на неё, как охотник, преследующий свою жертву. Офелия почувствовала, что что бы Блэквелл ни сделал, это лишь усилило жажду Кэйда избавиться от неё, а не отпугнуло.

— Ты можешь сколько угодно натравливать своих демонов на меня, сука, — прошипел он, — но я обещаю, что в итоге я буду смеяться последним.

Она зло прищурилась.

— Мне уже надоело, что ты называешь меня сукой. Я никого на тебя не натравливала, но могу, если хочешь.

Он усмехнулся в ответ на её угрозу, но не стал задерживаться, развернувшись и направившись в обеденный зал. Офелия последовала за ним, держась на расстоянии и мысленно желая, чтобы Блэквелл пролил больше крови. Кэйд явно станет проблемой, если его ненависть к ней подстегнёт других участников объединиться против неё на одном из испытаний.

Однако в обеденном зале остальные участники — за исключением. Бо и Эрика — казались такими же настороженными по отношению к Кэйду, как и к ней. Офелия задумалась, что удерживало этих двоих рядом с ним. Возможно, это просто инстинктивное чувство солидарности мерзавцев, которые всегда тянутся друг к другу. В любом случае, было ясно, кого она должна избегать.

Единственной, кто удосужился её поприветствовать, была Люси — она помахала рукой, когда Офелия подошла к столу с фруктами. Леон, сидящий рядом с Люси, выглядел напряжённым, и Офелия задумалась, рассказала ли она ему о содержании их разговора в библиотеке.

Тишина за ужином была почти осязаемой, и аппетит у всех заметно поубавился. Почти никто не притронулся к аппетитным блюдам — красной фасоли с рисом, кукурузному хлебу и пудингу. В другие времена Офелия бы жадно смотрела на них, но воспоминания о столе, кишащем пауками и личинками, были слишком свежи, чтобы даже её любимая еда казалась аппетитной.

— Самая жестокая пытка этого места — кормить нас перед каждым испытанием, — пробормотал Джеймс, стряхивая крошки со своих усов.

Несколько приглушённых одобрительных возгласов нарушили напряжённое молчание в комнате, а затем всё снова погрузилось в тишину. Офелия уставилась на часы на дальней стене, словно силой воли пытаясь заставить время двигаться быстрее. Она лениво срывала виноградины с ветки, раскладывая их по размеру на тарелке перед собой. Потом поочередно отправляла их в рот, начиная с самых маленьких, позволяя сладкому соку стекать в горло, пока её колено беспокойно подрагивало под столом.

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

Её тревога перед началом испытания росла, и она не могла понять почему. Возможно, это было из-за предупреждения Блэквелла. Или же из-за того, что она с нетерпением ждала встречи с ним, как только пройдёт через портал…

Он ушёл меньше часа назад, возьми себя в руки, — мысленно приказала она себе.

Поцелуй с ним был ошибкой.

Снова сочти его раздражающим, — напомнила себе Офелия. Но проблема была в том, что она больше не могла видеть в нём что-то раздражающее — она начала находить его привлекательным.

Комната озарилась вспышкой, и Офелия, проглотив последнюю виноградину, обернулась, чтобы разглядеть нового ведущего. Перед ней стоял дьявол с минимальным количеством одежды — лишь кусок золотистой ткани был обмотан вокруг его тела. Длинные платиновые волосы касались пола, а на обнажённых руках легко угадывались костяные шипы — его Дьявольская Метка. Он ухмыльнулся хищной улыбкой.

— Меня зовут Девон. Добро пожаловать на третий уровень, — произнёс он, открывая портал и представляя новую подсказку для этого уровня. Эта процедура уже становилась привычной: люди начинали подталкивать друг друга, чтобы оказаться поближе и лучше разглядеть огненную надпись.

Над огненной бездной вознесётся твоя золотая клетка, но, когда она взлетит, другие ринутся вниз.

Золотые оковы, цепи жадности, мелодия соблазна, опасная игра.

Море искушений, выбор на пороге, реши, стоит ли твоя жизнь своего веса в золоте.

Офелия с любопытством наблюдала, как один из участников попытался записать подсказки на бумагу. Умно. По крайней мере, так, казалось бы, если бы слова не исчезали с бумаги сразу после того, как были написаны. Офелия, заглядывая через плечо, видела, как он снова и снова пытался сделать так, чтобы чернила остались на странице — всё напрасно. Фантазма не позволяла записывать подсказки.

Девон начал называть имена, и Офелия воспользовалась моментом, чтобы обновить в своей голове список оставшихся участников, готовясь пройти через портал. Упоминание огненной бездны в первой же строке явно не предвещало ничего хорошего. Как и тот факт, что их осталось всего семнадцать, а они прошли всего два уровня.

Сразу же вызови Блэквелла, — напомнила она себе, сделав шаг вперёд и позволяя магии портала окутать её.

Однако, как только она вышла, с другой стороны, все мысли улетучились, уступив место холодному ощущению страха. Она оказалась в огромной золотой клетке, подвешенной высоко в воздухе. А внизу, на тысячу футов ниже, бушевал океан кипящей лавы. Огненная бездна.