С ролью верхолаза (изрядно поднаторевший в этом деле на пальмах-бланга) Ччверсс справился быстро и уверенно. Не прошло и минуты, как оказавшись на самой макушке пальмы-рогуч крысюк стал орудовать мачете, и вниз друг за дружкой посыпались здоровенные паруса-листья. Внизу мы собирали рухнувшие «полотнища» (и впрямь на ощупь оказавшиеся очень похожими на льняную ткань) и раскладывали каждый лист на примятой траве вокруг пальмы.

Нарубив достаточно листьев, Ччверсс стал спускаться. Но, не дожидаясь его возвращения, Ффаффа с помощью своих длинных и острых когтей начала ловко вырезать из приглянувшегося листа первую выкройку для себя. Это оказался продолговатый прямоугольник примерно двухметровой длины, и шириной приблизительно на уровне ее плеч, с двумя отверстиями: большим в центральной части выкройки, и маленьким — ближе к одному из краев. Вырезав из пальмового листа эту странную конструкцию, Ффаффа набросила ее на себя, как пончо, просунув голову к широкую центральную дыру, а хвост — в маленькую на нижнем уровне. В итоге, на крысючке оказалась не стесняющая движений разлетайка, которую гэручи тут же закрепила на теле с помощью вырезанных на скорую руку из того же листа пары лент-подвязок, зафиксировав одной конструкцию в районе подмышек, и второй — на поясе. Продолжив далее кромсать когтями огромный лист, Ффаффа ловко выкроила по паре форм с завязками сперва под свои длинные узкие ступни, затем под голени, бедра, предплечья и плечи… И, когда спустившийся вниз Ччверсс спрыгнул со ствола на землю, он встретил свою самку уже полностью экипированной в лиственный наряд.

— Челы, а вы чего тормозите? — фыркнул в нашу сторону крысюк. — Листья скоро затвердеют, нужно торопиться… И это, командир. Там, короче, на одном из листов я колонию телей обнаружил. Раньше их убежище прикрывалось листвой, которую я срубил. И теперь, из-за солнца, эти тварюшки рискуют сдохнуть. Что очень не понравится их хозяевам. В общем нужно скорее мастерить одежку с обувкой и валить отсюда нахрен, пока нас на месте преступления не застукали.

В памяти сама собой всплыла информация про упомянутых Ччверссом телей, которыми оказались сравнительно небольшие козявки размером примерно с грецкий орех. В земном аналоге им соответствовала тля. И, соответственно, в роли хозяев-защитников колоний телей здесь выступали…

— Ха!.. Ха-ха!.. Какое смешное слово: тели… Ха-ха-ха!..

— Ну зашибись, блин!..

— Челка, а че ты хочешь? Он же пять орехов за раз умял. А для качественного прихода торчу обычно и трети от одного хватает…

— Но функфия Вфеядный ифрядно фнижает наркотифьефкий эффект — фам фе говорил…

— Это да. Однако ПЯТЬ орехов за раз, определенно, перебор…

— И фьто теперь делать?..

— Одевать его своими силами, уводить отсюда и молиться, чтоб функция подавила опьянение бланга как можно быстрее… — все-таки пищание гэручи пипец какое уморительное.

— Ха-ха-ха!..

— …

— Олег, да хорош уже дурковать! Хотя бы нож из Инвентаря призови!..

— Бесполезно, челка, он ща не отдупляет твой базар…

— Не перефивай и так фправимфя!.. — какое угарное пищание у крысюков, просто бомба, слушал бы и слушал.

— Ха-ха-ха!..

— …

— Да Мих, блин, хрена ли ты с ним сюсюкаешься! Просто руки к телу прижми и держи ровно, чтоб Сыч хрень эту на башку Олегу натянул!..

— Это вообфе-то не хрень, а накидофька. Офьень удобная и практифьная!..

— Хвостатая, ну ты то хоть не лезь, а!..

— Челка, повежливей с Ффаффой, так-то это она для вас выкройки делает!.. — какое прикольное пи-пи-пи — просто угар!

— Ха-ха-ха!..

Глава 15. Остывший след

— Господа агенты, мы над местом, откуда был запеленгован подозрительный фон системных адаптаторов гражданина Империи, — доложил пилот антиграва — гэручи Шшиборзз.

— Принято, — кивнул горз Вруст, вместе с молодым коллегой человеком Артемом Смерницким тут же опустив глаза в прозрачный пол летательного аппарата. — Дай-ка догадаюсь: остаточный фон обнаружен вон на той верхушке пальмы-рогуч?

— Совершенно верно, — кивнул пилот.

— Поздравляю, Артем, — обернулся к коллеге горз. — Твоя версия о сбежавших пленниках только что получила очередное косвенное доказательство.

— Из-за пальмы? — удивился Артем.

— Не просто пальмы, а пальмы-рогуч. Листья которой — идеальный материал для изготовления кустарным образом одежды, — стал объяснять опытный агент. — Приглядись. Видишь там сверху торчат черенки от срубленным верхних листьев. Для одного беглеца листьев рублено слишком много. Значит, вскарабкавшийся на макушку добытчик обеспечил материалом еще как минимум трех товарищей.

— Однако, лихо вы, Вруст… — покачал головой Артем.

— Какие твои годы парень… Нечего, послужишь в Конторе с мое, еще и не так сможешь, — подмигнул человеку горз.

— Господа агенты, — снова запищал со своего места пилот антиграва, — сканер фиксирует активное движение у основания пальмы, под листвой.

— Це-деж, это необходимо проверить, — горз обернулся к огромному лехлецу, со скучающим видом жующего зубочистку.

— Ну надо, так надо, — равнодушно фыркнул быкоголовый. — Таруг, Барга, Зыргун, ступайте, проверьте, че там, — бросил он с ленцой в сторону таких же рогатых бойцов, сидящих за спиной в длинном салоне антиграва, и, повернувшись к пилоту, добавил: — Шиба, луч жалам моим наведи на эту гребаную пальму.

— Бармут, задрал уже имя мое коверкать! — возмутился пилот. — Меня Шшиборзз зовут!

— Да я помню, Шиба, — хмыкнул рогатый здоровяк. — Давай там не выделывайся. И исполняй, че велено.

— Ах ты ж!..

— Да ладно те, Шиба. Все ж тя так зовут, — под гогот быкоголовых пассажиров подлил масла в огонь лехлец-пулеметчик, крутящееся кресло которого располагалось аккурат напротив водительского места.

— Чтоб я еще раз с рогатыми в рейд подписался!.. — закатил глаза гэручи.

— Господа, прекратите этот балаган, — возмутился горз. — Или на правах руководителя операции, я вынужден буду принять карательные меры.