— Не потеряем. Если ничего не случится, мы догоним его к вечеру. А если случится… тогда ты можешь сразу отправиться в Мешхед и поблагодарить Аллаха за то, что остался в живых.

Мурад с трудом сдержал готовое сорваться с его губ ругательство.

— Груз этого каравана стоит столько, сколько ты не сможешь заработать за тысячу лет, — сказал он, показывая на удаляющуюся вереницу верблюдов, — и все твои люди тоже не смогут заработать за тысячу лет. А ты отправляешь неразумных животных одних, полагаясь на случай.

— Они придут туда, где мы их будем ждать, — возразил старший погонщик.

— Я живу здесь всю жизнь и знаю, что говорю. Если их остановят чужие люди, значит, они могут остановить и нас. Я не хочу рисковать своими людьми. Почти все они мои родственники. Я взял с собой на этот раз всех своих братьев. Я не могу рисковать, Мурад, иначе наши семьи останутся без мужчин. Все грехи моих родственников я принимаю на себя, и это мне гореть в аду вместо них. Но я не хочу, чтобы они умирали за твой груз. Ты меня понимаешь, Мурад?

— Старый мерзавец! — разозлился Мурад. — Если караван не пройдет, я лично перестреляю всех твоих погонщиков у тебя на глазах.

— Пройдет, — убежденно сказал его собеседник, отходя от него.

Он махнул рукой, и двое его людей поспешили за ушедшим караваном, собираясь отслеживать его движение через границу.

— Мы тронемся через два часа, — объявил старший погонщик, отходя к своим людям. Мурад зло посмотрел ему вслед. Возражать было глупо. Местные жители знали, как им действовать в подобных ситуациях. К нему подошел Фарух. Он помогал Мураду в этом караване, подбирал для него людей.

— Старик считает, что нужно подождать, — прошептал Мурад.

— Он опытный погонщик, — так же тихо отозвался Фарух, — знает, что говорит. Мы оставим лошадей на этой стороне. Дальше они не пройдут. Как только мы тронемся, наши люди уведут их обратно.

— Хорошо, — согласился Мурад, — подождем два часа. Придется согласиться с этим полоумным.

Но ждать два часа не пришлось. Уже минут через сорок появились двое запыхавшихся погонщиков, спешно вернувшихся обратно.

— Засада, — крикнул один из них, — впереди нас ждет засада!

— Уходите, — закричал быстро поднявшийся старший погонщик, обращаясь к Мураду, — быстро уходите, через десять минут они будут здесь!

— Как это — уходите? — завопил разъяренный Мурад. — Ты же говорил, что караван благополучно пройдет!

— Быстрее, — потянул его за руку Фарух, — видимо, там что-то случилось.

Старик прав, нам нужно уходить. Они местные жители, если их обнаружат одних, им ничего не сделают. А нас повесят за нелегальный переход границы, приписав нам этот караван.

— Уходите быстрее! — кричал старик, уже обращаясь к своим людям. Те быстро сворачивали лагерь, готовые отступать к песчаным холмам за озеро, где их трудно было обнаружить.

Его люди начали собираться. Старик расстелил ковер, встал на колени и начал молиться. Мурад выхватил пистолет.

— Я его убью! — закричал он в отчаянии.

— Нет, — схватил его за руку Фарух, — ты же видишь, он готовится к смерти. Он отсюда уже не уйдет. Быстрее к лошадям! Мы еще успеем спастись.

— Мы должны спасти груз! — метался в отчаянии Мурад.

— Его уже не спасти, — отмахнулся рассудительный Фарух.

— Проклятье! — взревел Мурад, доставая мобильный телефон. Он набрал номер Хозяина. — Это я, — сказал Мурад, — кто-то предупредил о нашем караване.

Сейчас нас преследуют.

— Вы потеряли весь груз? — спросил Хозяин. Мураду не хотелось отвечать на этот вопрос.

Ему очень не хотелось отвечать на этот вопрос, но он выдавил из себя:

— Да, весь. Погонщики уходят, наш караван захвачен.

Хозяин молчал. Было слышно, как он тяжело дышит. Мураду казалось, что он чувствует, как нарастает гнев Хозяина.

— Нас кто-то предал, — убежденно сказал Мурад.

— Возвращайся, — решил Хозяин, — я сам все проверю. Где старший погонщик?

— Он готовится к смерти, — сказал Мурад, вглядываясь в то место, где они оставили старика.

— Мурад, — сказал Хозяин своим неприятным голосом, — если я узнаю, что это ты сдал караван…

— Я его не сдавал, — рискнул перебить Хозяина Мурад.

— Если я узнаю, — продолжал Хозяин, — тогда твои уши я пошлю твоим родичам.

Мурад сжал зубы и промолчал. Он боялся сказать Хозяину, что пора заканчивать разговор. Его могли засечь по этому телефону. Но Хозяин думал, очевидно, о чем-то своем.