Тут мы «отдыхали» порядка четверти часа. И пока Локи взламывал коммы, позаимствованные с трупов, искоса поглядывали на многочисленные «следы», оставленные «непрофессионалами». Потом продолжили осмотр палубы в уже наработанной технике. И «развлекались» подобным образом до тех пор, пока Лиза не выставилась напротив третьего продольного коридора первой палубы и не подала знак «Внимание!».

Я мгновенно подобралась, подсветила экран своего комма, убедилась в том, что пиктограмма впрыска боевого коктейля все еще «привязана» к левому верхнему сенсору, и приготовилась к бою. А уже через несколько минут слушала рассказ Ярика, вернувшегося после осмотра подозрительного места, чтобы описать увиденное:

– Там четыре меддроида. Стоят перед гладкой стеной, за которой, вне всякого сомнения, находится какое-то скрытое помещение. Электронный замок на потайной двери отсутствует, зато есть прямоугольное отверстие два на двенадцать миллиметров. Кстати, не сквозное. В общем, Забаву оставлю на месте, наблюдать, а мы продолжим в том же духе, пока не закончим со всей палубой…

«Единичку» и пандус, ведущий к служебным палубам, осмотрели за шестнадцать минут, никого не нашли и со спокойной душой вернулись обратно. Внимательно оглядев подступы к скрытому помещению, Локи положил меня и Забаву по одну сторону от потайной двери так, чтобы нас прикрывали углы поперечных коридоров, а Лизу увел в другую. И, как я поняла, спрятал за одиночный меддроид, стоящий метрах в тридцати от перекрестка.

Честно говоря, я думала, что он этим и ограничится. Ан нет – вытащив из БРС-ки гранату, закрепил ее на углу, который был закрыт от нас корпусами «мертвых» механизмов и, поколдовав над взрывателем, вернулся к нам:

– Без моей команды в ту сторону не бежим, не летим и не ползем – это очень вредно для здоровья.

Потом устроил еще три подобные ловушки возле входа в потайное помещение и, наконец, угомонился. В смысле, очень подробно объяснил, кто, что и в какой ситуации должен будет сделать, два раза показал области, прогулки в которых очень не рекомендовались, и дал команду приготовиться. А секунд через двадцать подошел к «двери», несколько раз шарахнул по ней рукоятью игольника и метнулся к Забаве.

Где-то через полминуты часть стены ушла внутрь и в сторону, а в коридор высунулся радостно улыбающийся мужчина лет сорока:

– Да, мы тут! Э-э-э…

– Посмотри на меддроид, стоящий прямо перед тобой! – не показываясь из-за угла, приказал Логачев. – Шарик, закрепленный на переднем обтекателе – это универсальная ручная граната, которая в данный момент находится в режиме «Лягушка». Говоря иными словами, если ты попробуешь захлопнуть дверь, то она влетит внутрь быстрее тебя и рванет в геометрическом центре помещения! Намек понятен, верно?

– Д-да…

– Отлично! Тогда я хочу видеть тебя и твоих товарищей в коридоре, с руками за головой. У вас минута. Время пошло!

– Господа, мы безоружны! Нас два рядовых члена экипажа и два пассажира третьего класса!

– Вот и замечательно. Но время идет…

Мужик поскреб небритый подбородок, поиграл желваками и решительно вышел. Естественно, не забыв поднять руки над головой. Протиснувшись между корпусов меддроидов, остановился у противоположной стены и замер лицом к ней. А за ним показался второй мужик, на голову выше и раза в полтора шире в плечах. Этот оказался осторожнее. Или опытнее – первым делом как бы невзначай посмотрел на УРГ-шку, убедился, что она настоящая, и попытался оценить шансы достать хотя бы кого-нибудь из нас. И, не обрадовавшись, все-таки составил компанию товарищу. «Пассажиры третьего класса» – разбитные девицы лет двадцати пяти не самой модельной внешности – вышли наружу крайне нерешительно, но без особых предосторожностей. Замерев все у той же стены, вместе с мужиками выполнили коротенькую и несложную последовательность команд Локи, после чего оказались стоящими на коленях без одежды и нижнего белья.

– А теперь самая ближняя ко мне неторопливо встает, поворачивается спиной и убирает волосы с затылка. Затем завершает оборот вокруг своей оси, собирает все коммы и идет сюда… - скомандовал он через несколько секунд.

Самая ближняя, излишне ширококостная особа с ярко-красной шевелюрой, темно-синими губами и абстрактной татуировкой во весь живот, зябко повела плечами, но возражать не посмела. Поэтому выполнила все, что потребовал Локи, и поплелась в нашу сторону. Увидев слишком молодые лица за прозрачными защитными масками, вытаращила глаза, но благоразумно промолчала, среагировав то ли на недвусмысленное шевеление «Скорпиона» Логачева, то ли на ледяной холод в его глазах. Не дергалась и вторая «красотка», убившая черепом, покрытым трехдневной щетиной, цепочкой, соединяющей кольца в сосках, алой светящейся надписью «Добро пожаловать», вытатуированной над лобком, и чертовски «тяжелой» задницей, исчерченной «растяжками». Зато здоровяк чуть было не преподнес неприятный сюрприз, неожиданно прыгнув к Забаве. Но нарвался на парализующую иглу Ярослава и, грохнувшись на пол, вдребезги разнес себе лицо.

Последний член этой компании, правильно поняв недвусмысленный намек на последствия излишней инициативности, прошел к дамам, даже не дыша. А когда занял предписанное положение, выполнил очередной приказ и рассказал, как они тут оказались:

– Двадцать пятого марта в восемь вечера по внутрикорабельному времени я, Федор Головлев, и мой напарник Михаил Старицкий сдали смену и решили культурно отдохнуть. Переоделись, поднялись на вторую палубу, в бар «Преисподняя», и познакомились с девочками, Соней и Женей. Немного посидели, выпили, а потом пригласили их в «Логово»… ну-у-у, в подсобку, переоборудованную еще в прошлом году под нужды черте-… рядовых членов экипажа. Как водится, заперлись изнутри, выпили еще, потом как-то сразу почувствовали себя плохо и потеряли сознание. Когда очнулись и более-менее пришли в себя, обнаружили, что выход в коридор подпирают «мертвые» меддроиды, связи и Сети нет, а все двери, включая служебные, переведены в режим «Монолит». Мишаня заявил, что нас выбили из гипера и берут на абордаж. Мы поверили, зная, что он три года оттрубил в планетарном десанте, и заныкались обратно. На сутки, чтобы пересидеть первые и самые неприятные часы. А вчера вечером прошлись по кораблю и решили, что нас бросили где-то в мертвой системе.

– Что у вас с водой и едой? – поинтересовался Логачев, во время этого монолога «украшавший» господина Старицкого обручами иммобилизатора.

– В «Логове» есть «левый» терминал ВСД, так что все в порядке. Если не считать того, что последние два дня он видит ой, как немного.

– Это нормально! – буркнул Локи, активировал «Паука» и, растянув буйного матросика в «звезду», кивнул Забаве. А та, прикоснувшись к шее парализованного пневмоинъектором, выждала секунд двадцать, отвесила бедняге пару увесистых пощечин и, приоткрыв один глаз, удовлетворенно усмехнулась: