— Ай!.. Больно!.. — растерянно прошептала пострадавшая, когда рука резко погрузилась в лиловую жидкость и задымилась. Но тут же начавшие срастаться кости и свежая розовая кожа, выступившая на краю раны, заставили ее потерпеть.

И, всего полминуты спустя, когда она подняла вверх полностью здоровую и слушающуюся ее руку, все пораженно ахнули. А другие раненные тут же сделали несмелый шаг вперед.

— Кровь еще какое-то время будет сохранять целебные свойства. — громко произнес я. — Каждый из вас может ей воспользоваться. Мита не станет трогать никого, кто не попытается напасть первым. Но я крайне не рекомендую пытаться.

И, уже обращаясь к старому генералу, добавил:

— А мы с моими людьми действительно присоединимся к поискам выживших. Это дело, более достойное, чем заставлять благородных господ тратить на нас своё время.

Шуваловы, усердно делавшие вид, что никого вокруг нет и ничего их не касается, разом бросили на меня полные жажды убийства взгляды. Но сейчас сила и правда явно не на их стороне. И, презрительно хмыкнув, князь просто взлетел и отправился… куда-то. Скорее всего, просто подальше от нас. За ним последовал и Василий.

А вот другой его сын — тот, которого я спас совсем недавно, который скромно стоял в стороне от князя, чем-то и дело вызывал его обжигающие взгляды, тихо подошел ко мне.

— Простите моего отца, Ваше Благородие. — сказал он, делая легкий поклон. — Я не могу говорить за весь род, я не глава. Но лично я должен вам свою жизнь. И честь не позволит мне пренебречь долгом.

С этими словами он одним прыжком оторвался от земли и устремился вслед за сородичами. Проводив его взглядом, я махнул рукой соратником, и мы отправились на помощь поисковым группам.

Благородные мы, или нет, но выбрасывать жизни людей, которых я могу спасти, не в моих правилах.

СПРАВА… ПОД ВОН ТОЙ ГОРОЙ… ЧЕТВЕРО…

В голове вновь словно ударил колокол. Но теперь я куда спокойней отнесся к мысленным сигналам Миты. Глубинные Гидры — жители подземных джунглей Ургала, что-что, а нюх у них развит просто невероятно.

И, тут же отправившись в то место, картину которого Мита передала в мою голову, мы действительно нашли там двух покалеченных мужчин и женщину с ребенком.

Похоже, их завалило обломками трибуны, и это уберегло от удушения песком. Но малыш все равно оказался в крайне тяжелом состоянии, так что я молча взял его — и отнес к лиловой кровавой луже, к которой уже выстроилась очередь.

Но лечил я его в основном сам, своей силой, лишь капая иногда кровью. Погружение в эту лужу просто убьет столь хрупкое создание.

Взаимодействие с магической субстанцией в любом случае не пройдет для нее даром. Но я усердно старался сделать так, чтоб кровь гидры органично усвоилась новорожденным телом. Влилась в ее вены и артерии, соединившись с собственной. Если все пройдет удачно, ребенок вырастет невероятно здоровым, устойчивым ко многим болезням. А, быть может, это положительно повлияет и на развитие Источника.

Мне не трудно, да и практика в тонком целительстве не помешает, а человеку будет в жизни польза.

Когда я уже почти закончил лечение, малыш очнулся и начал негромко плакать, размахивая крохотными ручками. Это оказалась девочка, совсем еще маленькая и беззащитная. Завершив работу, я аккуратно поднес ее к приходящей в себя женщине.

Ее и без того небогатая одежда вся истрепалась.

— Доченька! — воскликнула она, увидев ребенка на моих руках. — Милая, родная!!!

Она тут же бросилась ко мне, споткнулась в горе песка и чуть не упала, но все-таки прижалась к крохотной девочке, заливая мой изорванный костюм слезами счастья.

— Я думала, ты умерла, я… я!..

— Оставьте барона, мадам! — неловко пробурчал пожилой генерал. — Он только что спас вашей дочери жизнь! Ребенок был при смерти, а он…

— Бросьте, генерал. — мотнул я головой. — Я понимаю чувство родителя, когда его ребенок мог вот-вот погибнуть. Мне это знакомо…

— Знакомо? Вам?..

— Господин!!! — схватила вдруг меня за руку женщина. — Господин, прошу вас, будьте ей крёстным! Нареченнным отцом! Ведь без вас… без вас…

Я улыбнулся, передавая дрожащую девочку матери. Кивнул.

— Я не очень разбираюсь в этих ритуалах. Но не имею ничего против. Правда, если нужно личное присутствие — увы, дел по горло.

Тут уже генералу пришел черед усмехаться.

— А вы не переживайте, Ваше Благородие! Вы только что, можно сказать, в купальню ее окунали? Окунали! Эта жижа столько наших сегодня исцелила, что ничуть не хуже святой воды! Так что вот, считай, и покрестили!

А затем, покопавшись у себя под камзолом, вынул что-то блестящее серебром.

— А крест… Вот, свой вам дарю! И не отнекивайтесь! — добавил он, видя испуг на лице простой женщины. — Нечего! Я, вообще-то, карьеру начинал как полковой священник! Так что такие дела, в общем. Без молитв и прочего, по-простому, но вот я, отставной генерал и священник Семён Михайлович Кутузов, из генеральского да маршальского роду, назначаю барона Дмитрия Алексеича Лихачёва крестным отцом девочки по имени…